14:48 

О Доме и не совсем.

Moura
А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
URL
Комментарии
2012-03-09 в 14:52 

AyaKudo [DELETED user] [DELETED user]
Мне, напротив, хотелось бы - не быть им.
Но я не могу.

2012-03-09 в 14:54 

Moura
А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
AyaKudo, значит, одна из моих догадок всё-таки правильна. Узнавание...
Мы все, возможно, не хотели бы быть ими - теми, кто поселился внутри - но разве мы выбираем?
Это не вопрос выбора.
К горести или же счастью.

URL
2012-03-09 в 14:56 

AyaKudo [DELETED user] [DELETED user]
Moura, одна из твоих загадок?

2012-03-09 в 15:29 

Ник
count of casualty
одна из твоих загадок?
"Догадок" она имеет в виду...

И - да. Обе правильны. Ты чистейшей воды Македонский, абсолютный, кристаллизованный. Горбача я даже не рассматривала, а про Македонского с какого-то момента читала как про тебя. И потом, когда в одном из разговоров Айя сказала о том же, только укрепилась в своей уверенности.

Я не смогла бы выбрасывать Лорда распластываться по полу и наступать ему на ноги, чтобы сделать его таким, каким должен быть последний сын из рода двуглавого дракона. Ибо всё, что не убивает нас, делает нас сильнее, и Сфинкс знал бы - и знал - что Лорд достоин силы и достоин быть тем, кем станет. Потому что Сфинкс видел бы в совершенном профиле Лорда легкую тень будущего - такую же, какую увидела когда-то на его лице смольноволосая Ведьма. Он стоял и смотрел бы, как Лорд впивается, вгрызается пальцами, ломкими ногтями, в верхнюю полку - и видел бы его будущее, творимое в эту минуту ими обоими. Он творил бы Лорда, как Пигмалион, ради самого Лорда. Но я не Сфинкс, да.
А я читаю это и влюбляюсь в Сфинкса еще сильнее с каждым словом. Невозможно, казалось бы, больше, но.

2012-03-09 в 15:55 

Moura
А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
AyaKudo, очепятки и оговорки по Фрейду - моё всё, видимо *лицоладонь*.
Да, Ник верно поправила. Я догадывалась).

Ник, Ты чистейшей воды Македонский, абсолютный, кристаллизованный.
Ну, вот с какого-то момента - да - я стала это примерять на себя, и эта кожа хорошо на меня надевается, - иногда даже слишком, наверное. А насчет Горбача - это какое-то внутреннее ощущение, они - Горбач и Македонский - у меня в голове иногда складываются воедино, в один общий слитой образ с размытыми границами. Тот отрывок, что я цитировала парой постов ниже, - он тоже в чем-то налезает на меня. Но Македонский - да. Повторюсь, слишком, наверное. Когда я читала историю его появления в Доме глазами Табаки, была, словно в прострации. До страха. До падения в и беспомощной любви к нему - к тому, кто стал мною или кем стала я.

А я читаю это и влюбляюсь в Сфинкса еще сильнее с каждым словом. Невозможно, казалось бы, больше, но.
Можешь мне не объяснять. Люблю его без всякой меры, он меня за собой зовёт. Но я его люблю как что-то идеальное, что ни мною, ни моим никогда не будет. У теней другие, свои боги.

И да. Я впала в зависимость от возможностей иносказательного языка - этими образами, от этих образов.

URL
2012-03-09 в 16:05 

Ник
count of casualty
Moura, :buddy:

Я впала в зависимость от возможностей иносказательного языка - этими образами, от этих образов.
Это было неизбежно. %))

2012-03-09 в 16:08 

Moura
А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Ник, в общем, что-то не так с этой книгой и этим миром.
Потому что - да - слишком уж так.

URL
2012-03-09 в 16:15 

Ник
count of casualty
А у меня, пока читала, ни секунды не возникало этого ощущения нетаковости. Просто вот... абсолютно все, как должное. Дом меня сразу забрал домой, а я уже сама закрыла за собой дверь четвертой - привет.

2012-03-09 в 16:18 

Moura
А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Ник, нет, я имею в виду как раз то, о чем ты говоришь, потому что и со мной было - так же. Но именно это - странно. Именно это выбивается за рамки привычного, потому что так ведь практически никогда не бывает, ну никогда. За редким, редким исключением.

За исключением Дома.

URL
2012-03-09 в 16:31 

Ник
count of casualty
Moura
Это просто Дом.
Точнее, ни фига не просто.
Я тоже не понимаю, как сделала это автор, но она создала абсолютно невероятную Вселенную, живущую по своим законам, обладающую своим разумом и способностью полностью забирать себе тех, кто ей созвучен.
Это стоило создавать на протяжении двадцати лет. (Двадцати, понимаешь? Почти всю нашу жизнь).

2012-03-09 в 18:26 

Moura
А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Ник, Двадцати, понимаешь? Почти всю нашу жизнь
Правду? Нет, не понимаю. Осознаю, но не пониманию, это что-то за рамками моего понимания - как обнять вселенную, как погладить пальцами изнанку черной дыры.
Нет, правда. Это что-то потрясающее. Я хожу с мыслями о них в голове, что бы ни делала.
И почему-то очень за них боюсь - как если бы они были осязаемо-настоящими и живыми, теми живыми, которых я отпустила бы в безвестность и ничего потом о них не знала бы.

По-моему, автор этой книги совершенно гениальна. Просто и нерушимо.

Море, море любви.

И вообще :) Я тебе никогда не прощу рекламу этой книги; никогда, ты же понимаешь?) Видишь, как она вывернула мне мозг, ещё даже не дочитанная до конца? Видишь?

URL
2012-03-09 в 18:37 

Ник
count of casualty
Moura, и я - не понимаю. Не укладывается в голове, что, когда я родилась, где-то там входил в двери Дома будущий Кузнечик. Я училась читать, а там начиналась Ночь Сказок. Я шла в школу, училась, ненавидела учительниц труда и математики, влюблялась, целовалась с девочкой, целовалась с мальчиком, сдавала экзамены, плакала на паре живописи... а все это время оживали под чьей-то рукой Слепой, Курильщик, Помпей, Ральф, тот, кого назовут ловцом детских душ, тянулись Самые Длинные ночи, шумел Лес, творилось волшебство, опускались ресницы глотнувшего "Лунной дороги" Лорда, влезала в окно Рыжая, капала на пол белая краска с дракона... как?
Это невозможно понять.

И почему-то очень за них боюсь - как если бы они были осязаемо-настоящими и живыми, теми живыми, которых я отпустила бы в безвестность и ничего потом о них не знала бы.
Это ты еще только на второй книге. Дыши, бобёр.

span class='quote_text'>Я тебе никогда не прощу рекламу этой книги; никогда, ты же понимаешь?) Видишь, как она вывернула мне мозг, ещё даже не дочитанная до конца? Видишь?
Я почему-то постоянно рекламирую тебе нечто непростительное. :facepalm:

2012-03-09 в 19:10 

Moura
А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Ник, ты так сказала, так - наконечником стрелы в кроваво-красное сердце мишени - правильно всё сказала, что я могу только сидеть и кивать. Всё это время где-то там развертывался тот мир во всем его безумно-щемящем многоцветии. Вся эта прекрасная, совсем не по законам сказки, сказка.

Это ты еще только на второй книге. Дыши, бобёр.
Стараюсь :facepalm3:

Я почему-то постоянно рекламирую тебе нечто непростительное.
В этом, видимо, наша с тобой судьба родная; ты мой проводник На Ту Сторону, о чем бы ни шла речь :)

И да. Я поняла, в чем для меня сливаются Горбач и Македонский. Внезапный инсайт. У них обоих в системе бытия, в их внутреннем восприятии мира, есть элемент самонаказания, самобичевания, придумывания себе этих наказаний - бог весть, за что, может быть, ни за что - и отбывания оных (ради дисциплины или во имя искупления греха - существующего или же нет - но на вес золота и крови). Так мученики носили вериги. Только у Горбача это в прошлом, а у Македонского - в насущном, ежесекундном настоящем. И это меня бьет. Изнутри.

URL
2012-03-09 в 19:35 

Ник
count of casualty
Moura, И да. Я поняла, в чем для меня сливаются Горбач и Македонский. Внезапный инсайт. У них обоих в системе бытия, в их внутреннем восприятии мира, есть элемент самонаказания, самобичевания, придумывания себе этих наказаний - бог весть, за что, может быть, ни за что - и отбывания оных (ради дисциплины или во имя искупления греха - существующего или же нет - но на вес золота и крови). Так мученики носили вериги. Только у Горбача это в прошлом, а у Македонского - в насущном, ежесекундном настоящем. И это меня бьет. Изнутри.
К Горбачу у меня вообще странное отношение. Одновременно я к нему равнодушна и люблю. Флейта, пальцы, перепачканные цветными мелками от постоянного вписывания своих стихов в узор обоев, "где бы ни находился, окружен деревьями" - ну не могу я на такое не вестись. И в то же время он как-то стороной. Он мне не близок, хотя вроде бы и должен быть. Поэтому я его в тебе и не вижу.
Македонский - дело другое. Он далеко не самый любимый мой персонаж, но именно в нем я вижу этот натянутый до звенящего предела нерв, скрытый за простыми, уверенными и привычными движениями, это твое - глубинное - на вес золота или крови, да. Красный Дракон под тонкой кожей, готовый прорваться наружу.
Ну и... то, что меня добило. Уже сильно после того, как я поняла, что ты - Македонский. Волк.
Вот тут у меня волосы и зашевелились.

   

День темнотут.

главная