• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: men (список заголовков)
12:02 

Они прям здесь как на собственной свадьбе (с).

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Я, Ричард Криспин Армитедж, беру тебя, Ли Граннер Пейс...» - «Я, Ли Гриннер Пейс...» - «Боже, ребята, кто давал вам эти вторые имена? Вы по ним друг друга нашли?».

Я действительно боролась с собой целых четыре минуты и тридцать секунд, прежде чем сделать этот перепост. Но любимое «В мире должно быть больше красоты» имеет всесокрушающую оправдательную силу. Господи, они же как солнце и луна, бриллианты и сапфиры, водка и вермут. Вселенская концентрация прекрасного и если каждого не мне, то никакой другой женщине на планете, только друг другу. Всё-таки: даже если эи люди натуралы, а весь мир - театр и фан-сервис, им прямо сейчас нужно перестать быть натуралами и сойтись ради мира во всём мире и повода для всех нас открыть бутылку самого дорогого шампанского в баре.
19.01.2015 в 11:23
Пишет An ARTOIS:
***
Смотрите как мальчики славно смотрятся вместе :D


URL записи

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Утащенное, Лэнгдон раскачивал полку, Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Влюбленное, Ваша навеки, Richard Armitage, RPS, Men, Lee Pace

20:03 

Halt and Catch Fire.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Очередное моё персональное спасибо Джексону, открывшему мне Ли Пейса, и Ли Пейсу, открывшего мне небо в алмазах внутри своей фильмографии. Ситуация с «Остановись и гори» - примерно такая же, как по осени была с Peaky blinders, то есть, я абсолютно не понимаю, почему уже год-полтора-два вся ф-лента не воет волчьим воем по таким действительно качественным проектам. По чему угодно, кроме них, хотя в достатке всего - сюжета, диалогов, игры, напряжения, картинки, крышесносной музыки.

1983. Отправьтесь в этот год, возьмите гениального неудачника - специалиста по «железу», девочку с неотжитым пубертатом - программиста от бога и циничного дельца в костюме от Армани и с травматикой под ним - продажника от дьявола. Так вы получите вымышленную, но от того не менее реальную историю людей, сунувших палку в колесо IBM. Неважно, что там в реальности сделали с компьютерами в 1981-м и том же 83-м, честное слово, вам будет плевать, потому что Halt and Catch Fire - это рассказ о плотном, осязаемом человеческом безумии, байопик о каждом компьютерном новаторе того времени, рассказ об их будущем, которые мы сейчас держим в руках (буквально). А самое прекрасное, что все в этом сериале - форменные психопаты, одержимые святым сумасшествием Да Винчи, искатели Святого Грааля века высоких технологий. Инженер. Программист. Продавец. Кушетка плачет по каждому - и каждый раскручивает свой клубок гиперкомпенсации, подросткового истерикоза или внутренней социопатической пустоты как только может. Они лгут, пьют, занимаются сексом, подставляют друг друга, любят, ищут, заходят в тупики (регулярно) и творят, творят, как ненормальные, с кровью прорываясь сквозь тернии к звёздам - к тому, что создать было невозможно, но они взяли и создали, переродившись в процессе этого созидания. Больные отношения, компьютеры как искусство и коды как музыка, Джо МакМиллан, готовый для хорошей рекламы прокрутить чью-нибудь руку через мясорубку, ничего белого, ничего черного, вынужденная команда мечты. Идеально.

Неизбежный абзац о Ли Пейсе: пластилиновый актёр. Режиссёры, кажется, могут брать его и делать что угодно, ибо психологически он просто глина - может всё. О его Джо МакМиллане можно написать диссертацию: блестящий фасад, огромные способности, илистая внутренняя топь комплексов; он пустой, полый, его жалко, но он гениален в своём деле. То, как Ли это играет - это всё разом - просто взрывает сознание. Трогательный социопат. Притягательный лжец. Вдохновитель на час. Что Ли делает телом - это умопомрачение, крадущийся тигр, затаившийся дракон, одновременные расслабленность (внешняя) и дикая собранность (внутренняя). Что он делает глазами - а он ими покоряет, унижает, занимается любовью, иногда всё одномоментно. Что он делает голосом. Помимо того, что Ли просто криминально красив - и от него волной исходит какая-то первобытная энергетика силы, сшибающая с ног мощь, такой кристальный, ничем не прикрытый секс, что уже даже не неловко, просто сидишь, горишь, исходишь на соки, чувствуешь себя стягиваемым жгутом и жуешь угол подушки. А человек на экране даже ничего особенного не делает. Просто смотрит, ходит, говорит. В общем, я всё сказала. Теперь пойду лягу под ёлкой и помотаю себе избранные сцены. Орать, плакать, материться и фапать до крови сил больше просто нет.


@темы: Ей всё можно, она в шубе., Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Влюбленное, Ваша навеки, TV, Men, Lee Pace, Halt and Catch Fire, Лэнгдон раскачивал полку, Рекомендательное, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

15:45 

Кили не смог (с).

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Мне практически всегда везёт с напарыванием на актёров. Легко быть блаженно-восхищенной, когда фильмографии, которые глотаешь залпом, это фильмографии Джекмана, ДиКаприо, Фёрта, Шона Бина, Крэйга, МакЭвоя, Фассбендера, Гослинга, Хиддлстона, Криса Эванса. И у них, конечно, где-то попадаются вещи, по поводу которых хочется спросить: «Зачем? Почему? Режиссёр отобрал у тебя документы? Продюсеры держали в заложниках твою семью и пса?», но кто не без греха. В целом это по преимуществу перечни очень хороших работ; блестящих. В общем, я большая молодец, что похвасталась вам тем, как мне счастливится с мужиками в зарубежном кино. А теперь все дружно берём и смеёмся над этим продолжающимся - буквально - везением, потому что я в принципе не была намерена напарываться на Ли Пейса. На Ли, матерь его, Пейса.

На секундочку: вот Армитеджа - того, да, мы с Арианой любили ещё когда это не было модно ©, Люка Эванса - с чуть более поздней поры облизывали на пару с Джорджем, но вот Ли Пейс мне даже во франшизе Хоббита был глубоко параллелен. Меня несло и несёт по Трандуилу как персонажу внутри вселенной до боли в груди, по РПСному ричли - определённо, да, но Ли мне даже чисто визуально не нравился, никакого дела ни как до актёра, ни как до мужчины (громкий закадровый смех мрзд). Форма глагола в прошедшем времени, как вы уже поняли, существенна. Коротко говоря, я должна была понять, что это ж-ж-ж неспроста. А во всём дальнейшем виновата Perfect_criminal, потому что её посты вообще странно на меня влияют.

В общем, подчинилась судьбе и скачала The Fall. Зачем. Посмотрела. Сдохла. То есть, без шуток, эта история вывернула меня наизнанку, эстетическая красота фильма ослепила меня, то, насколько там хорош Ли, добило окончательно прямым в височную кость. Дело не только в этом «КАКОЙ КРАСИВЫЙ» (до того, что хочется закрывать руками лицо, как от молодого Делона), которым я прооралась Ане в смс ещё на десятой минуте, дело в том, насколько - он - действительно - хорош. Трогателен и страшен одновременно. Сам фильм - это местами какой-то Рерих, лучшие традиции сказочного абсурдизма, нанизанные на очень простую, очень человечную, хиной горчащую историю, настолько пронизанную отчаянием и добротой, добротой, доходящей до отчаяния, что я просто не знаю, что ещё сказать и как не унести вам сюда весь тумблер. Силюсь не прохрипеть что-то об историях маленьких девочек и взрослых погибающих мужчин. Аминь.

Без ума, годами без ума от этого чувства - когда благодаря чему-то массовому открываешь для себя актёра или конкретное не затёртое, по-настоящему качественное Кино, которое когда-то прошло мимо, чтобы потом, как лучшие стихи и вина, вернуться в свой черёд. By the way, обнаружила, что, оказывается, Солдатская девушка уже пару лет лежит у меня в списке для просмотра (ибо тематика) - с тех времён, когда я вообще не знала, кто такой Ли Пейс, и не готовилась узнать. Так что, Валера, настало твоё время в этом лучшем из всех январей.


@темы: Эстетика, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Рекомендательное, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Лэнгдон раскачивал полку, Кино, Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Влюбленное, Ваша навеки, Men, Lee Pace

00:23 

«Секта "Лопушки"».

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Третий час гогочу, как ненормальная. Моя любовь к этому человеку - без дна (можно и в одно слово). Потому что вокруг вообще уже сплошное дно.

05.01.2015 в 23:03
Пишет Holy Allen:

Пишет ЖОН СЛОУ:
05.01.2015 в 22:54


Интервьюер: Вы знаете о том, что Торин стал интернет-мемом?
Ричард:
{***}


URL комментария

URL записи

@темы: Остальное йога и каннабис., Лэнгдон раскачивал полку, Копилка., Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, The Lord of the Rings, The Hobbit, Richard Armitage, Men, - А вы? - А я Лоллобриджида. - Лолкто?, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Я ватрушка, хохотушка (с)

21:01 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Словила тут сейчас один мощный катализатор и поняла, насколько сильно за последнюю пару лет изменилось моё представление о человеческой красоте - как мужской, так и женской (но в меньшей, кстати, степени). Я по-прежнему выделяю вполне объективные, шаблонные категории «Смазливость», «Классическая красота», «Что-то есть» и «Ночью увидишь - не отмахаешься, но обаятельный(ая)». Но вместе с тем чувствую, как всё сложнее становится нащупывать грань между ними при оценке чьей-то внешности. Тут сразу ремарка.

{read}

Расскажите мне, есть ли среди ваших медийных фаворитов те, кого не принято считать привлекательным, а вот вы считаете? Очень интересно. Беседуем и о мужчинах, и о женщинах.

upd: Гениальная мысль, как всегда, посетила меня в душе. Где я думала о Люке Эвансе. В исследовательском ключе. У Эванса, как недавно было метко замечено в ленте, лицо асфальтоукладчика-убийцы, и вместе с тем я б для батюшки-царя родила богатыря. Зато, скажем, какому-нибудь выхолощенному Заку Эфрону отдалась бы только на необитаемом острове и при том условии, если бы никакой надежды на спасение не было. Потому что первый что-то во мне задевает, второй - не задевает ничего. Дело только и исключительно в эмоциональном отклике. То есть, можно сколько угодно выводить критерии красоты по принципу симметрии-ассимметрии, вымеряя в миллиметрах расстояние между глаз и по линейке - прямоту линии носа, но это останется сухой математикой, если не будет задействовать эмоции. А эмоции не просто сугубо индивидуальны - они у каждого индивида ещё и чудовищно непредсказуемы. Поэтому мой поиск объективных параметров не то чтобы обречен (высчитать и вымерить - можно), но - бессмысленнен.
запись создана: 14.10.2014 в 20:26

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Точка зрения, Росчерком пера, Мысли вслух, Маркером по кафелю, Гармонизируй и агонизируй, Men, Эстетика

10:46 

Ладно, я знала, что на каком-то этапе это станет гораздо сильнее меня.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Предосенние сериальные приходы такие приходы. Ветеран Ирака с ПТСР, бывший рейнджер, снайпер, федеральный маршал, невероятная язва, а также эти его вечно закатанные рукава, - как в одном персонаже сериала может быть собрано сразу так много кинков? Просто индивидуальный пошив какой-то. Будто под заказ.

Изображение - savepic.ru — сервис хранения изображений


@темы: Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Men, Justified, Копилка., Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Лэнгдон раскачивал полку

10:20 

Портрет Дориана Грея, театр им. Ермоловой, 4 февраля.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Второй мой просмотр, первый был уже более полугода назад. В сущности, повтор - всегда подтверждение или опровержение, в случае с Портретом для меня - первое. Постановка Александра Созонова - это тот случай, когда так сильно хотелось сделать хорошо, что усилие поглотило самое себя - как схлопывающаяся черная дыра. «Очень много» - самое подходящее из описаний. Очень много - всего. Визуальных эффектов, света, цвета, элементов декораций (между которыми порой чудовищно сложно найти связь), медиа. Портрет Дориана Грея - громкий, яркий и техничный, что само по себе - скорее хорошо, чем плохо (минимум - ценно как попытка пути). Находки ведь - если вдуматься - талантливы. Кинематографичность хода со съемкой, эта одновременная игра на сцене и в камеру - сильная деталь. Монитор как следствие - аналогично. Появляющаяся благодаря камере двоякость, двухмерность, двулинейность действия - прекрасно.

Но мы возвращаемся к лекарству в ложке и яду - в чашке. Слишком широк простор, слишком много вещей хотелось показать, о слишком многом хотелось рассказать. В итоге было выбрано множество направлений - и, как следствие, отсутствовал вектор. Спектакль, даже самый идейный, не может не иметь линии, тонкой алой нити, на которую нанизываются все элементы: замысел, игра, сценография, эффекты, свет-цвет-звук, попытки разговора со зрителем. Линия может быть очевидна или скрыта, но суть в её наличии. Бусины же с нитки Созонова рассыпаются в беспорядке.

{more}

@темы: Точка зрения, Театр, Росчерком пера, Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Олег Евгеньевич, Men, (Не)плохой актёр Кемпо С.

18:23 

Служанки, 25-илетие, 27 января, сцена театра Сатирикон.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Это должно жить. Знаете это щемящее, тянущее, щекочущее чувство - немножко соль и перец, втёртые в расцарапанную кожу - когда смотришь на полотна времен Высокого Возрождения или расцвета импрессионизма, когда слышишь Моцарта или Вагнера, когда идешь и видишь - Les Bonnes. Я не боюсь постановки в один ряд, потому что равняю не форму и даже не содержание, равняю переворот в сознании, равняю художественную ценность и силу воздействия. Это - должно - жить. Служанкам двадцать пять лет. Четырежды варьировался состав. Но - устами Бозина - пусть эта чертверть века будет младенческим возрастом, пусть Служанкам будет двести пятьдесят, потому что пока есть хоть один человек, способный выходить на сцену и закручивать эту воронку, - Служанки должны играться. Есть вещи, которые нельзя потерять, вещи, не создать которые было бы преступлением против мироздания, но у Романа Григорьевича с ним всегда была особенная связь, предельная чуткость, «наклон слуха». Можно как угодно относиться к бунтарю Жене и «эпатажному» (о, это клейкое слово) Виктюку, к ТРВ и его спектаклям, к актёрам этого театра, - нельзя не признать того, что внутри сосуда Служанок перетекает, как в колдовском фиале, сила. Её можно любить или презирать, не признавать - нельзя.

Вся моя любовь, вся их любовь, вся любовь всех залов на протяжении двадцати пяти лет, вся любовь Виктюка к своему детищу - и актёров-детей его - концентрировалась вчера на сцене. Было так хорошо видно, как они стараются отдать больше и показать - лучше: вот история о невозможности любви в рабстве у самих себя, вот история о шизофренической фантазии и высшей чувственности, вот распахнутые врата в синь космоса. Всё - вот.

{more}

@темы: Эстетика, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Театр, Тайна любви сильнее тайны смерти (с), ТРВ, Рекомендательное, Лэнгдон раскачивал полку, Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Влюбленное, Ваша навеки, Men

22:35 

Не смогла не, спасибо Линцу.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
И - на самом деле - я знаю, почему мне так нравится этот гиф с Шиллингом из Наполы (ладно, окей, мне нравятся все гифы с Шиллингом - из Наполы и нет, и не гифы тоже, и вообще мне просто нравится Шиллинг). Потому что в этом модусе он олицетворяет меня на работе в те моменты - то есть, читать, практически восемь часов в день - когда я отвечаю на студенческие письма. Вот именно так я реагирую на каждое второе. Только вишнёвого мундштука Альбрехту не хватает, ПРОСТИТЕ, ФАНОН.


@темы: Arbeiten, arbeiten и ещё раз arbeiten., Men, Tom Schilling, Гармонизируй и агонизируй, Дыши, бобёр, дыши, Лэнгдон раскачивал полку, Мысли вслух, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

10:37 

Линец, это комплимент!

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
13.12.2013 в 09:45
Пишет Katrusia:

***
- Смотрю я на Новикова и думаю - странный вкус у Линца.
- Вот да.
- А она смотрит на фотки Сердюка и думает, что странный вкус у тебя.
- *непередаваемый звук*
- Но это она его лично не видела. Вот если бы она с ним поговорила, она бы...
- Нет! Никаких разговоров. Подпускать Линца к Сердюку? Да ни за что!
- Ну, можно на нее эту надеть... как ее?
- Паранджу.
- Да!

URL записи

@темы: Котики и котфанду, Ей всё можно, она в шубе., Друзья, Диалоги, Грешно, но смешно (с), Men, Миссис Хадсон унесла мой череп, Лэнгдон раскачивал полку

09:27 

Оркестр мечты. Медь. 8 декабря, театр им. Ермоловой.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Одно-единственное слово - замечательно. Очень атмосферно. При всей моей любви и всём моём уважении к Меньшикову, шла не то чтобы ожидая многого - своего рода бенефис ОЕ, музыка, читка, - проходная, хоть и наверняка яркая не постановка даже, - скорее растяженный перформанс. По итогам: яркая - не то слово. Идеальная для ведущих анализаторов - зрительного и слухового - вещь. Прекрасное владение пространством сцены, изумительные свет и цвет, детали костюмов, реквизита, да хоть бы и расположения музыкантов. Прекрасная музыка, но, впрочем, судить мне сложно, ибо я не слишком музыкальна (так же как и не кинематографична) и могу довольствоваться малым в исполнении, меня задевают лишь отдельные, в сердцевину мишени попадающие вещи.

Но в Меди - чудесное сочетание визуальной и музыкальной составляющей. Талантливейшие, виртуозные музыканты, в игре которых - что видно даже такому дилетанту, как я - ни грамма механической сухости, и не по одному только требованию самого спектакля-спектакля ли - от них просто исходит волнами молодая творческая энергетика, и ловить её в зале - чувство совершенно прекрасное (эти барабанщики, огни же чудо чудное). Я, к слову, всегда была - ещё и при общей немузыкальности - довольно равнодушна к духовым, за исключением классического джазового саксофона и флейты, которая не может не околдовывать в принципе, - но здесь, в частности, медь меня проняла. И, конечно, Олег Евгеньевич - со всеми его шероховатостями, сбивками, заглушенными окончаниями. Его спасают две вещи: то, что он - это он, а Меньшикову многое прощаешь с маху, и то, что ты лелеешь мысль, будто в этом есть концепт. Впрочем, космического обаяния этого человека и его умения держать зал (а так же чего-то очень человеческого в этих шероховатостях) ничто не отменяет.

Очень порадовали мой глаз Дружинин (это всё отголоски вашей любви, сотоварищи) и - господи, как, когда, почему, почто - Татаренков. Ну ходячая же милота этот человек (и с хореографией у него всё более чем в порядке - замечательно изящен). В общем и целом, чудесно для двух вечерних часов. Лирично, живо и очаровательно. Текстово - очень обо всех нас, по сути, - настолько, что очень уж хочется сразу в свои мечты поверить, сняв с них ярлык фантастичности.

Людей, разговаривающих в полный голос, по пятнадцать минут ищущих в вещах номерок во время действия, одевающихся и раздевающихся, шуршащих и шелестящих, - особенно если всё это делают одни и те же люди, - мне по-прежнему хочется убивать маникюрными ножницами с особой изощренностью. За исключением пары таких, сидевших прямо по правую руку от меня, зал был очень положительный.

@темы: Точка зрения, Театр, Росчерком пера, Рекомендательное, Олег Евгеньевич, Гармонизируй и агонизируй, Men, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

23:03 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
У Бозина когда-то была интересная фраза. Что-то из серии ответа на вопрос о талантах и поклонниках, о зрительской-поклоннической-фанатской реакции или вроде того, сейчас не вспомнить. И он ответил замечательно: ничто не важно, важно сподвигать на творчество. Если человек посмотрел мой спектакль, а потом пришел домой и сел писать стихи - значит, всё не зря, значит, я что-то правильно сделал; вот это важно, а выразит зритель восторг или не выразит, подарит цветы или нет, поймает потом за руку - не поймает... всё внешнее. Волной проявления творчества важно будить такую же волну. Тогда есть смысл. Тогда это - настоящее.

Вспоминаю, сколько писала первые полтора-два года о Бозине. Бесчисленно. Поклоннически (рецензиями и отзывами, одами - в лучшем смысле), фикрайтерски (текстами, сублимационными до жути). Очень много - о нём. Всё изнутри было - об. Но никогда и ничего не было - не сходилось, не случалось - для. Для него не писалось - и мысли не приходило. Бозин воспринимался (да и воспринимается) мною как нечто надмирное, от реалий оторванное, вроде бы и в канве жизни, но всё же вне её. Создать что-либо для такого - немыслимо (для духов клеток не создают).

Накануне я закончила свою первую вещь для. Не для Бозина, для иного адресата (адресата без адресности, адресованность условна, потому что писалось без цели и без намерения; нет, с одним намерением - собственно написать, намерения показать, т.е. подарить - нет и быть не может). Написала для человека, не для эфемерного существа, не для объекта восхищения, - для жил. Для плоти и крови. И я, наконец, поняла, каково это - создать что-то для кого-то (в первую очередь, как ни каламбурно, для себя создать посредством того, что создаёшь для кого-то). Бешеное, страннейшее, тревожнейшее чувство.

NB: Ничто в вышесказанном, ничто в этом сравнении и сопоставлении не превышает одного и не принижает другого, это не вопрос степени (вопрос вне степени). Речь об ином - о том, как разно я воспринимаю разных же людей.

Джордж будет улыбаться и презирать чувствительную меня за этот пост [готовится].

@темы: Фикрайтерское, Ум за разум, Такой вот забавный зверек, Наблюдения, Мысли вслух, Менестрель боя и песни, Маркером по кафелю, Ей всё можно, она в шубе., Men

12:11 

Служанки, сцена театра Киноактера, 27 ноября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Вчера я пообещала себе начать пост о спектакле этим предложением не о спектакле, а давши слово - держи, поэтому: если ещё хоть одна некультурная мерзость при мне пошуршит на любом следующем спектакле обёрткой от конфеты или начнёт говорить по мобильному, я буду подходить и убивать маникюрными ножницами, точным уколом в сердце. Уровень уважение к актёрским: энергии, времени, силе, отдаче у некоторой части зрительской аудитории до оскорбительного нулевой. Это уничтожает меня, предельно расходится с моей картиной мира. Хорошо, не нравится спектакль. Раздражают актёры. Недовоспитали родители. Но можно проявить хоть каплю уважения если не к чужому труду, то к театру как явлению. Но нет. Маникюрные ножницы. При этом большие молодцы они - без сбивки!

И сразу: мы с Джорджем, как всегда, смотрели по ощущениям два разных спектаклях, а потому предупреждаю сразу: всё ниженаписанное будет самым махровым имхо. Перво-наперво - Солдаткин. В марте будет два года его Клер - и в эти два года (о чем я ему вчера ничтоже сумняшеся и сообщила) можно наблюдать бешеную, феерическую динамику (вчера еле сдержалась - всё время хотелось сказать ему: шаманскую; мысленно била себя по губам: это бозинское слово, Мора, бозинское и Бозину!). Динамика яркая, по возрастанию. То, что я так люблю, то, что так ценно - работа над собою (работа - в принципе). О, как я вчера на служебке чертила в воздухе руками эти параболы Александру. С его Клер опадает шелуха. Уходит всё лишнее. При всём обилии страстей и безумий, Клер становится - страстно же, трогательно и безумно лаконична. Тот - так протаскивающий нас - «свой» голос, ушедшие лишние жесты, ушедшая вывернуто-чувственная томность. Клер живая, простая, сильная - Клер тёмный омут - Клер и её спрятанные на самой, самой глубине демоны. Не полновластные, как демоны её сестры, но более роковые, чем те. В самом конце щелкающие внутри неё пальцами, чтобы завершить игру и освободить их обеих - слабую Клер, ставшую сильной, сильную Соланж, ставшую слабой.

{more}

@темы: ТРВ, Men, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Театр, Тайна любви сильнее тайны смерти (с), Росчерком пера, Песнь Песней, Менестрель боя и песни, Лэнгдон раскачивал полку, Дыши, бобёр, дыши, Друзья, Диалоги, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Влюбленное, Ваша навеки

20:59 

Бесы, театр на Малой Бронной, 24 ноября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
До сих пор не могу полноценно собрать себя по кускам, а из афористических вспышек-мыслей - собрать цельный же отзыв, потому - лоскуты. И сразу - с места в карьер:

Не люблю давать зароков (и стараюсь не делать этого относительно искусства, литературы и Достоевского как высшей частности), но: если бы ещё с неделю назад кто-то сказал бы мне, что с Бесов я уйду, зачарованная Верховенским, я бы ломко усмехнулась. Ставрогин с его потерянностью под маской силы, с его искренним цинизмом (цинизм в такой степени - лишь у втайне надеющихся) и благородством, не похожим на благородство, забрал меня себе (то моё - Джорджу - «В Бесах я была бы Дашей» говорит обо всём). Но постановка Голомазова перевернула всё внутри меня (так встряхивают - до мешанины - шкатулки с мелочами). Совершенно иная подача.

Ставрогин первоисточника: выигрываемые битвы (из каждой с Верховенским выходит победителем, пусть и на невидимом надрыве), но проигранная война (и петля вместо знамени чужой победы). Ставрогин спектакля: проигрываемые битвы (а он в каждой неоспоримо Верховенскому, подчиняясь, проигрывает), но выигранная покаянием война (пусть и в посмертии). Это последнее раскаяние перед собранием теней - оно, может быть, более по Достоевскому, чем всё прочее вообще, не деталями и фактологией, а сутью: весь Достоевский - всегда - о великой идее покаяния. Ставрогин спектакля слабее, но счастливее Ставрогина романа. Полная инверсия взаимодействия при полной сохранности противостояния.

{more}

@темы: Эстетика, Точка зрения, Театр, Росчерком пера, Рекомендательное, Для памяти, Высокое искусство, Влюбленное, Ваша навеки, Men

11:49 

Да, хорошо, это очередное «Я-не-могу-не».

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
А посему я оставляю здесь этот чудный, чудный капс из Plunkett & Macleane, а сама с чистой совестью ухожу дебютировать в приготовлении творожной запеканки.


@темы: Men, Гармонизируй и агонизируй, Дыши, бобёр, дыши, Ей всё можно, она в шубе., Кино, Лэнгдон раскачивал полку, Рекомендательное, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

11:01 

Nine 1/2 weeks.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Все люди как люди, смотрят Девять с половиной недель ради легендарного стриптиза в исполнении Ким Бесинджер, но в моём случае можно вытравить девочку из психолога, нельзя - психолога из девочки. Вчера ввечеру наконец-то посмотрела этот фильм целиком, а не отрывками, и: уже практически мифологизированная сексуальная составляющая для меня оказалась не на втором даже, на седьмом, десятом плане (что не отменяет почти шаманской чувственной смелости фильма). Что зацепило прежде и сильнее прочего - лаконично - это фильм о вовремя остановленной деструкции личности. Так цепко крючок вошел в глотку именно потому, что тема накрепко переплетённых эроса и тонатоса в последнее время вообще не даёт мне покоя, а в 9 1/2 weeks они спаяны, как сиамские близнецы, неразрывно.

Складывающиеся между этим мужчиной и этой женщиной отношения - это радикал в первую очередь разрушительный и лишь потом - частично благотворно-созидательный. И дело не в требованиях, просьбах, принимаемых или не принимаемых правилах сексуальных игр. В отношении сексуальности все действия, как ни странно, находятся сугубо в пределах нормы - если не идеальной и социальной, то индивидуальной так уж точно (да и о какой социальной норме может идти речь, когда мы изнутри запираем двери своих спален). Речь прежде всего об эмоциональной, психологической стороне. Джон - классический доминатор и манипулятор, Элизабет - классическая подчиняющаяся. Как и в любых подобных отношениях, далее дело было лишь в том, насколько одна из сторон готова подчиниться. Бывает идеальная спайка, ключ-замок полного совпадения, сила и слабость, плюс на минус - и тогда оба получают желаемое. Здесь же была граница.

{***}

@темы: Men, Women, А ларчик просто открывался, Гармонизируй и агонизируй, Кино, Маркером по кафелю, Мысли вслух, Отношения, Психология, Росчерком пера, Точка зрения, Фрейд бы плакал, Экзистенциальное мировоззрение муравья., Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

17:11 

Цветы для Элджернона, РАМТ, 25 октября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Вот так, с места в карьер, сразу о человеке: Максим Керин, щепкинец двенадцатого года выпуска, - нечто почти феноменальное. К черту фап, ко всем чертям излюбленный фанатский радикал, - глядя на него на сцене воешь внутренне – громко, надрывно – от того, насколько до страшного восхитительно он играет. Хочется запереть Керина в угловой комнате самой высокой башни и запретить когда-либо играть ещё что-либо – чтобы не раздарился, не растратился, не выдохся. Абсурдное, иррациональное, на уровне животных инстинктов восхищенное желание спрятать это под стеклянным колпаком, пусть такое и не укрыть стеклом.

Сложнее всего играть уход от нормы – физической, психической, бытовой. Поэтому самая высокая актёрская работа – играть больных, умалишенных, голодных, тех, в чьём состоянии ты никогда не был. Грань слишком зыбка, слишком тонка, четверть шага в сторону – оступ, падение. Максим Керин на сцене не делает и десятой этого шага. Я люблю роман Киза и боялась за главного героя, за воплощение – и ни на секунду не почувствовала хотя бы тени от тени разочарования. Притом, что актёрская работа в ЦдЭ – это работа тяжелая. Чарли постоянно бросает от эмоции к эмоции – и актёру приходится следовать за ним, поминутно из умственно отсталого перевоплощаясь в почти гения, из безобидного ребёнка – в агрессивного взрослого, от нежности ласкового щенка переходя к обретению человеком себя в минотавровом лабиринте жизни. Это так же необыкновенно сложный спектакль – психофизически. Он требует напряжения тела, умения перебросить его из состояния в состояние на уровне соматики в полном соответствии с внутренним ощущение себя. Нервная система должна три с половиной часа сходить с ума. Я не понимаю, как после этого можно стоять на сцене живым.

{more}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Точка зрения, Театр, Рекомендательное, Высокое искусство, Men

09:36 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Посмотрели мы с Джорджем в Центре документального кино неплохой фильм «Рудольф Нуреев. Мятежный демон». Всё же моё отношение к этому гениальному танцовщику иногда поражает меня саму - я не могу сказать, что люблю Нуреева (по личностям уже - или давно - историческим тоже можно практически фанатеть, любить живо, но РН для меня - не совсем тот случай; так я люблю, например, Барышникова - чуть-чуть лёгкого фангёрлинга). Мне многое в нём не нравится, но с теми, кого любишь, недостатки принимаешь, в них влюбляешься - тоже; в недостатки Нуреева, хоть они и столь же филигранны, мне влюбляться не хочется. Но есть одно, собственно, огромное «Но». Я всё равно интересуюсь им - до восхищенно-уважительного преклонения. Смотрю о. Читаю о. Как говорится, ловлю контент. Просто, думается мне, есть люди настолько гениальные, что уровень их таланта, их вклад не в сферу деятельности даже, - в человечество как таковое столь велик, что всё остальное уходит не на второй даже, тридесятый план.

Есть, впрочем, многие вещи, которые мне в нём нравятся страстно: перфекционизм, трудоголизм, стремление к жесткой дисциплине, сплошное преодоление себя, а, главное, твёрдое следование своей судьбе, знание её. Этого нам, девяти десятым, не хватает категорически. Судьбу знают, возможно, лишь богом меченные.

Конкретно о фильме: добротно подобранный, но слегка, на мой пристрастный вкус, поверхностный материал. Впрочем, я понимаю, что вместить в час сорок всю жизнь и всю ширь такого человека было нельзя. Очень порадовала минута про Эрика Брюна: «Рудольф увидел его и подумал, сколь многому ещё надо учиться»; мы с Джорджем в голос: «Ну да, именно это он и подумал первым делом», впрочем, здесь уже наш RPS, если по чести - Нуреев действительно одномоментно влюбился в танец и пластику Брюна, но, опять же, Брюн - это девять лет жизни, это Лондонский королевский балет - и всего минута упоминаний меня царапнула. Умилило замалчивание болезни: «Рудольф был болен» - рефрен второй половины фильма, но о том, чем, тактично умалчивается (а был это СПИД). Андрис Лиепа, поначалу какой-то неуместно-неподходящий, с середины фильма стал вписываться в роль ведущего до удивительного приятного. Здесь помогло, думаю, то, что с какого-то момента пошли его личные воспоминания об, некая примесь его личного отношения влилась в повествование. В общем и целом, фильм вообще сделан с большой любовь и уважением.

{***}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Точка зрения, Росчерком пера, Кино, Высокое искусство, Men

15:58 

Король-Арлекин, сцена театра Киноактёра, 4 октября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Всё-таки по неким причинам я очень люблю этот спектакль. И если в случае с Саломеей, например, могу определить, почему меня так тянет, какие жилки рвёт внутри, могу вычленить темы, то в КА это получается хуже. Джордж шепнул мне вчера, что «это спектакль о бабской глупости» - и, может быть, дело в этом (как ни странно). В том, что мы понимаем, что потеряли, лишь потеряв. В том, что все мы лишь играем роли - одну, другую, третью - и не всегда в сценарии прописаны спасительные диалоги. В том, что любовь - это удел сильных (частый мотив у Виктюка), а союз власти и творчества взаимно смертоносно-удушлив.

Мне нравится в КА и вся визуальная сторона - цвет, свет, костюмы, пластика (хореография кажется нарочитой лишь при первом просмотре, после читаешь язык тела, как текст с листа). И, разумеется, идеальная сыгранность. Точка в центре мишени, в которую Роман Григорьевич метко попадает в девяти случаях из десяти - гениальная актёрская спайка, даже когда происходят замены. Бозин-Соляных, Бозин-Неведров, Дзюба-Бозин, Карпушина-Мотырёв, Карпушина-Бозин, то, как умеет взаимодействовать блистательная Погорелова, etc. Люди, идеально совпадающие друг с другом. КА - немножко колдовское зелье в котле под плотно прикрытой крышкой. Обилие эмоций. Любовь, ревность, дружба, месть, власть, попытки бегства от себя, потеря, обретение, - в нём есть всё.

{много букв}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Целевая аудитория альпийской соли, Театр, Тайна любви сильнее тайны смерти (с), Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Менестрель боя и песни, Лэнгдон раскачивал полку, Копилка., Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Влюбленное, Ваша навеки, Women, Men

14:34 

Палата №6, театр на Малой Бронной, 17 сентября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Можно благоговеть перед умом Толстого. Восхищаться изяществом Пушкина. Ценить нравственные поиски Достоевского. Юмор Гоголя. И так далее. Однако похожим быть хочется только на Чехова», - писал Довлатов. Даже при том условии, что я - адепт Достоевского и Булгакова - с Сергеем Донатовичем не совсем согласна, - да: Чехов был чем-то особенным в русской литературе, из ряда вон (и является таковым до сих пор). И так же умел это особенное, осеннее, чуткое - давать смех сквозь слёзы. Особый, русский, если угодно, смех - смех жутковатой меланхолии, глубинной, от многих поколений до унаследованной тоски. Человек в футляре, Степь, Палата №6 - вещи предельно менталитетные и в этом - предельно гениальные (и страшные). Одним словом, вы поняли: я люблю Чехова. Следовательно, мне очень хотелось, чтобы очередная постановка по Антону Павловичу не разочаровала.

Что ещё интереснее: в замечательности этой постановки была уверена заранее. Будем честны: я вообще нежно люблю театр на Малой Бронной и его труппу; голомазовская молодежь ведь прекрасна (а для любви, к слову, много и не надо). Вероятно, всё впечатление от можно выразит в твите того вечера: плакать на Чехове, когда все смеются, - это особое состояние души. Дима Сердюк - Громов его - живыми слезами плакал на сцене, стегая словами о том, что Христос в саду Гефсиманском не разумел и не смирялся, он просил Отца, чтобы его минула чаша сия, - и я плакала с ним вместе. Нет ничего более искреннего и хлёсткого в русской литературе о русской же интеллигенции, чем этот громовский монолог. В этом - безжалостность Чехова, и прежде всего его безжалостность к себе, так прекрасно инсценированная.

{more}

@темы: Men, Ваша навеки, Влюбленное, Высокое искусство, Гармонизируй и агонизируй, Дыши, бобёр, дыши, Рекомендательное, Театр, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Эстетика

День темнотут.

главная