Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: польская диаспора, клан басё и театр назаров (список заголовков)
23:40 

По-прежнему унижаем, любя.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
— Вот сказать о Сереже «Талантище» мне совесть не позволяет, это как-то нечестно, а сказать «Талант», ну, как-то странно звучит - «Талант».
<...>
— Представь, так Петрову и заявить: «Актёр вы так себе! Мало того, что женатик, так ещё и актёр так себе».
— Что-то мы вообще любим этот театр.
— Угу. И Лобанова-то мы с зубами не узнаём. И я как минимум дважды говорила Сереже «Я просмотрела почти весь ваш репертуар, хотя не понимаю, зачем это делаю, потому что Ермоловский - не самый любимый мой театр в Москве».
— Но при этом мы туда ходим.

Петров - хороший актёр, считайте, что там доказательство от противного, а театр - действительно не самый любимый, но - тем не менее - «Куда бы мы ни ехали, встречаемся на служебке Ермоловского», тем не менее я, как раненый жираф, припадая на левую ножку (с) несусь по переходам метро к миру во всём мире, то есть к Сереже - и, разумеется, не успеваю (ибо не верьте обещанной длительности спектакля), наверняка разминовываюсь с ним где-то на Тверской («Ты бы его всё равно не заметила, он сегодня весь такой в черном и в шапке»), в итоге приезжаю в центр города в десять вечера выпить кофе с такими же подстрелянными в голову, чтобы потом тридцать минут плясать дикие пляски в метро и кругами кататься на эскалаторах, ведь невозможно же так просто разъехаться, надо обсудить рост Петрова, дочь Петрова и самого Петрова, рост Сережи, фехтовальное мастерство Сережи и самого Сережу, составить рпс-фанон, поорать про трепещущее жало (исключительно цитируя Шекспира) и, в общем-то, в триста семьдесят второй плюс бесконечность раз понять, что:

Да, ты взрослая сознательная девочка с претензиями на интеллектуальность, литературный талант и что я там ещё о себе надумываю, но: «Мы от своего фанатства бежи-и-и-им, бежи-и-и-им!» - «А оно нас догоня-а-ает, догоня-а-ает!». Театр головного мозга. Я не хожу по врачам, наверное, потому, что боюсь вполне реальной записи в медицинской карте. Хотя театр для меня так часто персонифицируется, что, наверное, там должна быть ещё какая-то вторая запись. Вроде «Лилиана Борисовна», и кто читал Кима/смотрел Белку, тот поймёт.

Взялся, называется, ангстер написать счастливый упоротый пост. Ну, вы всё поняли. В любом случае это было о любви.

@темы: Я ватрушка, хохотушка (с), Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Улицы ждут своих героев, Театр, Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Миссис Хадсон унесла мой череп, Люди, Лытдыбр, Котики и котфанду, Копилка., Ей всё можно, она в шубе., Друзья, Диалоги, Грешно, но смешно (с), Гармонизируй и агонизируй, - А вы? - А я Лоллобриджида. - Лолкто?, (Не)плохой актёр Кемпо С., "У них там целый этот... бомонд!"

10:20 

Портрет Дориана Грея, театр им. Ермоловой, 4 февраля.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Второй мой просмотр, первый был уже более полугода назад. В сущности, повтор - всегда подтверждение или опровержение, в случае с Портретом для меня - первое. Постановка Александра Созонова - это тот случай, когда так сильно хотелось сделать хорошо, что усилие поглотило самое себя - как схлопывающаяся черная дыра. «Очень много» - самое подходящее из описаний. Очень много - всего. Визуальных эффектов, света, цвета, элементов декораций (между которыми порой чудовищно сложно найти связь), медиа. Портрет Дориана Грея - громкий, яркий и техничный, что само по себе - скорее хорошо, чем плохо (минимум - ценно как попытка пути). Находки ведь - если вдуматься - талантливы. Кинематографичность хода со съемкой, эта одновременная игра на сцене и в камеру - сильная деталь. Монитор как следствие - аналогично. Появляющаяся благодаря камере двоякость, двухмерность, двулинейность действия - прекрасно.

Но мы возвращаемся к лекарству в ложке и яду - в чашке. Слишком широк простор, слишком много вещей хотелось показать, о слишком многом хотелось рассказать. В итоге было выбрано множество направлений - и, как следствие, отсутствовал вектор. Спектакль, даже самый идейный, не может не иметь линии, тонкой алой нити, на которую нанизываются все элементы: замысел, игра, сценография, эффекты, свет-цвет-звук, попытки разговора со зрителем. Линия может быть очевидна или скрыта, но суть в её наличии. Бусины же с нитки Созонова рассыпаются в беспорядке.

{more}

@темы: Точка зрения, Театр, Росчерком пера, Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Олег Евгеньевич, Men, (Не)плохой актёр Кемпо С.

13:34 

Гамлет (премьера), театр имени Ермоловой, 20 декабря.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Первое и главное впечатление - то же, которое мы в три голоса высказали после Сереже Кемпо: «Двояко» (двойственно, противоречиво, синонимы - наше всё). Это слово можно распечатать на отдельном листе и подклеивать к афишам спектакля. Не просто царапинки по поверхности (как, скажем, по ассоциации с Шекспиром, в недавней Тени ЛИРа Боровикова), а именно четкое разделение на «Да» и «Нет» (с лёгким перевесом «Да»). Есть в нём вещи сильные, отчетливые, рельефные.

Очень хорош Гамлет Александра Петрова. По личному, сугубо индивидуальному впечатлению - ни одного нарекания собственно ему. Из царапнувшего лишь - самый первый монолог, который был - да - с места в карьер. Словно по режиссерской задумке необходимо было с первой же минуты схватить зрителя за шкирку и ткнуть лицом в нутряные, огневые страсти человеческие; я - не люблю, когда меня хватают за шкирку. Монолог был прочитан хорошо, яростно, честно, но - слишком мощно, слишком сразу, после паузы в темноте, после едва отзвонившего последнего звонка это создавало ощущение переигрыша. То скорее нарекание постановщику, чем актёру.

Так же: Гамлет Петрова ни минуты не принц Датский Уильяма Шекспира. {more}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Точка зрения, Театр, Росчерком пера, Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Лэнгдон раскачивал полку, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Ваша навеки, (Не)плохой актёр Кемпо С.

09:23 

lock Доступ к записи ограничен

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
09:26 

«Данила, смотрите, какой прекрасный глобус у нас есть!»

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
- Слушай, а может, это тоже поклонники Козловского.
- Угу, решают, кто первый к нему подойдёт. ©

«... Мы с Морой и Машей можем давать уроки поведения на экстремальных служебках, когда на горизонте маячит толпа горячих кавказских бородачей, орущих друг на друга и размахивающих пистолетами. <...> Ну всё, решили мы с Морой, если мы тут поляжем, то Маша нам должна! Данила нам должен!» © Джордж.

И некий молодой человек, флегматично сообщая «Прикрою-ка я вас собой, девчонки, только шальной пули вам не хватало», сам встаёт к нам в нишу, а потом с громким «Любовь моя, Куликова, Олечка-а-а, беги отсюда!» идёт гнать с той стороны улицы какую-то девушку. Окрестности тверского бульвара, одиннадцатый час вечера, раздевающаяся Маша и её сигареты, - в общем, было весело.

Надо бы что-то сказать о Козловском, но во мне опять жили двое - я и двести грамм коньяка - а потому помню только линию челюсти, щетину, черное пальто и размашистую роспись на глобусе, который Маша во время подписывания трепетной мёртвой хваткой прижимала к себе. Впрочем, сложно винить меня в беспамятстве - Данила снова был человеком-чихом - 4,5 секунды на всё-всё-всё. Так же горжусь нами с Катрусей - мы всё-таки наловчились здорово ловить людей.

@темы: Цитаты, Целевая аудитория альпийской соли, Улицы ждут своих героев, Трепетный лось Данила, Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Друзья, "У них там целый этот... бомонд!", Этот адский пони тоже был там (с).

15:58 

Король-Арлекин, сцена театра Киноактёра, 4 октября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Всё-таки по неким причинам я очень люблю этот спектакль. И если в случае с Саломеей, например, могу определить, почему меня так тянет, какие жилки рвёт внутри, могу вычленить темы, то в КА это получается хуже. Джордж шепнул мне вчера, что «это спектакль о бабской глупости» - и, может быть, дело в этом (как ни странно). В том, что мы понимаем, что потеряли, лишь потеряв. В том, что все мы лишь играем роли - одну, другую, третью - и не всегда в сценарии прописаны спасительные диалоги. В том, что любовь - это удел сильных (частый мотив у Виктюка), а союз власти и творчества взаимно смертоносно-удушлив.

Мне нравится в КА и вся визуальная сторона - цвет, свет, костюмы, пластика (хореография кажется нарочитой лишь при первом просмотре, после читаешь язык тела, как текст с листа). И, разумеется, идеальная сыгранность. Точка в центре мишени, в которую Роман Григорьевич метко попадает в девяти случаях из десяти - гениальная актёрская спайка, даже когда происходят замены. Бозин-Соляных, Бозин-Неведров, Дзюба-Бозин, Карпушина-Мотырёв, Карпушина-Бозин, то, как умеет взаимодействовать блистательная Погорелова, etc. Люди, идеально совпадающие друг с другом. КА - немножко колдовское зелье в котле под плотно прикрытой крышкой. Обилие эмоций. Любовь, ревность, дружба, месть, власть, попытки бегства от себя, потеря, обретение, - в нём есть всё.

{много букв}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Целевая аудитория альпийской соли, Театр, Тайна любви сильнее тайны смерти (с), Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Менестрель боя и песни, Лэнгдон раскачивал полку, Копилка., Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Влюбленное, Ваша навеки, Women, Men

12:23 

Давай займёмся сексом, сцена театра Содружества актёров Таганки, 11 сентября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Не прошло и двух недель, в сущности-то, как я решила написать о спектакле. Пожалуй, оправдывает только то, что пост будет и не о спектакле даже, а о том, что - благодаря ему - вторую неделю тасуется, как карты в колоде, в моей голове.

Люди катастрофически одиноки. Вот такое невесёлое начало, но, увы, это правда. Люди, приходящие в мир в одиночку и так же - в одиночку - уходящие - весь путь проходят тоже одни. Может повезти - и одиночество будет многолюдным или - тем, по Фромму, им осуждаемым - одиночеством вдвоём, но всё-таки оно будет (как «Но всё-таки она вертится!»), потому что - неизбежность. И кто бы и что бы ни говорил - спектакль Театра Романа Виктюка «Давай займёмся сексом» - об этом. О катастрофическом, глубже прочего, одиночестве людей. В меня ударила этим сразу, в давно увиденных отрывочных сценах на ТВ Мастера, с первого полного просмотра прошлым летом. При просмотре последнем мысль закрепилась окончательно.

Вся суть спектакля, будто раскрытый веер, на котором стал виден рисунок, - в последнем монологе Медсестры (божественная Погорелова!). Заразность сумасшествия и ещё более безумный мир за стенами больницы, те же таблетки и вымышленные жизни пациентов, полностью противоположные правде, - всё это гимн топкому, липкому, пластилиновому, обволакивающему одиночеству. Мир полон попыток сбежать от него - и люди в этой пьесе бегут, как и во что умеют. Местом побега они выбирают секс.

{more}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Экзистенциальное мировоззрение муравья., Точка зрения, Театр, Тайна любви сильнее тайны смерти (с), Росчерком пера, Рекомендательное, Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Мысли вслух, Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, А ларчик просто открывался

12:36 

Саломея, сцена РАМТа, 10 сентября, или «Стасииик!»

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
И нет ничьей вины в том, что это главное слово последних дней. У нашего маленького, но гордого фандома ТРВ просто-таки талант становится фанклубом никому доселе не известных мальчиков и девочек. Упомянутый Станислав Мотырев понравился нам в Саломее, окончательно покорил морозоустойчивостью на Коте в сапогах - и просто добил Саломеей вчерашней. Путь от «Станислав!.. Вы же Станислав?» до «Черт побери, он так сексуально курит, я хочу подойти и предложить ему выпить» оказался чертовски короток. У этого человека, к тому же, есть два чудесных модуса - модус Александра Солдаткина (тм) со «Спасибо вам, вам спасибо» и модус приглашения на все спектакли ТРВ - даже те, в которых не участвует. Правильных молодых людей отбираете, Роман Григорьевич, у них мгновенно формируются фанклубы.

Сразу о главном служебке: Бозин, улыбательный, загорелый, излучающий любовное солнечное сияние, покорил Аню. В какой-то момент она просто обессиленно уронила голову на моё плечо, а я почувствовала себя такой гордой, будто имею некое отношение к космическому великолепию этого человека - шамана и менестреля. By the way, мы с Катрусей обе растём над собой: она учится не ловить людей за руки у служебного, я - ловить («Сегодня первый раз, когда ты мне кого-то поймала. а не я тебе!» - и это был Иван Иванович). По итогам подписала у всех, кого могла, прекрасную книгу, не стесняясь и не дожидаясь разрешения расцеловалась с Бозиным и Дзюбой, поблагодарила Романа Григорьевича и Погорелову, поймала Ипатку, беспощадно пофапала на Мотырева, который нас узнал. Всё было прекрасно. Бозин с его «О, ещё целых семь минут парковки, я всё успею!», наше «Здравствуйте, Алексей! До свидания!», моё «Станислааав!», на которое обернулся РГ и дивные девушки-поклонницы Дзюбы с их «Ваш фанклуб, Александр?» и моим непосредственным, тут же, при Дзюбе, - «Не-е-ет».

Если же по спектаклю, то, право слово, спэшл фо Томми Дзюба вчера был очень. Очень не он (для Саломеи), и это большое счастье. Никакой лишней, липкой, сладкой томности, никакого совсем уж пьяного матроса, шатающегося по палубе (тм). Да, были надрывные высокие ноты, но как же они были хороши («И поведёт львов за гривы их» - ащ). Монолог с «Дайте мне снегу поесть!» просто оторвал от земли и втянул в себя, Савой - впервые - прекрасный. Необыкновенно нежная Саломея, вчера влекомая к Ироду. Смутное ощущение обновляемой и обновлённой хореографии. Прекрасный Иоканаан Никульчи (и да, теперь нас, любящих Поджерса, двое, и я надеюсь, что Аня - искреннее). Вообще - необычайно цельный, плавный спектакль. Очень хорош паж Захарина - и по-прежнему не слишком хорош его судья (воистину, пока у Сергея или одно, или другое, но не всё сразу). Божественная, дивно красивая, тонко-сильная Погорелова. Концентрация любви и боли - как и прежде, как и всегда, - каждая минута.

Это был очень. Хороший. Вечер.

@темы: Men, Гармонизируй и агонизируй, Друзья, Дыши, бобёр, дыши, Лэнгдон раскачивал полку, Менестрель боя и песни, Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Тайна любви сильнее тайны смерти (с), Театр, Точка зрения, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

День темнотут.

главная