• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: ей всё можно, она в шубе. (список заголовков)
21:49 

Вымолчанное.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Любить - это труд. Без банальных, навязших в зубах, как левый Орбит без фольги, сентенций. Это действительно грёбаная каторжная работа, отбывание срока на галерах, шахты, лагеря. Но: галеры, которые стоят того, чтобы грести - до кровавых воспалённых мозолей, до изнеможения и обезвоживания, до истощения и потери памяти, до голодной анемии и лёгких радостных галлюцинаций, до кошмарных снов. Давайте будем честны: по-хорошему, что такое любить?

Выбор - раз. Всегда. Везде. Первостепенно. Выбирать, когда вариантов тысяча - и можно растеряться среди их сияющего калейдоскопного блеска. Выбирать, когда вариант всего один и выбор болезненно-неизбежен. Выбирать, как Буриданов осёл, когда вариантов классически два - и оба или жизнь, или смерть. Выбирать всюду, каждое мгновение, каждую минуту в каждом месте, игнорируя эйнштейновскую теорию относительности и материю, изгибающую время, выбирать ежесекундно, в каждой точке на смятом листе времени и пространства, выбирать легко и играючи, шутя и улыбаясь, со смехом ангельским и помешанным, просто потому, что другого выбора нет и не может быть, потому что когда мы произносим в одном предложении «любить» и «выбирать», мы понимаем, что это априори своего рода оксюморон. Любовь всегда определяет выбор, у неё есть всего один вариант для вас/нас/всех - и потому что, и вопреки, и в жерле вулкана, и на равнинах Тосканы. Всегда и только один вариант, который знаешь заранее («То, любимый, я, любимый...»). Предпочтение его (её) другим - механическое, автоматическое, ничего не требующее - и есть любовь в первооснове своей.

Второе - сначала производное - прощение. Это тем паче тяжело для нас, современных людей, детей, зачатых в яйцеклетке века XX от сперматозоида века XXI, плюс-минус десятилетие. Мы не знаем ни жалости, ни сожалений, мы с рождения жестокие, циничные, интеллектуально натасканные на декаданс твари, вместо крови у нас ирония, вместо лимфы - сарказм («Потому что бить людей ногами - незаконно», да?), вместо всех желочей тела - умение отпускать, вскормленное страхом быть преданными первыми. Мы заранее знаем, что всё будет плохо - обязательно, и потому не прощаем обид. Зачем? Человек синонимичен предательству, а, следовательно, одиночеству. Мир, в котором мы существуем, лишен милосердия к ближнему своему - того самого, что принёс нам блаженный Сын человеческий две тысячи лет назад, жестко связав руки своему ветхозаветному Отцу. Он смог, а мы нет. Смешная-несмешная такая шутка - ну, в смысле, напрасность жертвы, понимаете? Мы не милосердны. Наша память стёрта. Забыли главное: любовь - прощает. Когда может и когда не может (особенно). Она прощает всё, и говоря «всё», полагаю, что и я, и мироздание (честь и шизофрения - говорить от его имени) имеем в виду именно всё. Одна очень хорошая девушка написала как-то нечто вроде: прости ему, Господи, пусть убивает меня, буду любить даже тогда, ибо не ведает, что творит... Любовь женщины - это именно «Прости ему, ибо не ведает, что творит». Аминь.

Третье - снова наперво производное - сила. Против всего, против всех, разрывая жилы и распарывая кожу, продираясь сквозь заросли жесточайшей, колющей дикой розы (цветёт - именами погибших), сбивая ноги, сквозь горький чертополох канувших, оставляя лоскутья одежды и комья волос, - идя насквозь, как свет, - прорываться без остановки. У этого есть цена. У силы - есть цена, ибо любящий семижилен не просто так, а задатком. За всё в этой жизни нужно платить. У любимой моей Марины (имя - как знак родства, потому что ничего нет у людей ближе имени) осталось это. Дай нам поту. Дай нам поту, крови, слёз, желочей, сил, тока от нерва к нерву, чтобы вынести - и выкупить. Помню период, когда плакала столько, что не просыхали глаза - и гнойники набухали желто-белым в углах глаз. Я тогда однажды шла по улице - темень, снег - и вдруг на злом и искреннем всхлипе попросила у Него: дай мне выкупить! Дай мне выстрадать, выплакать его у Тебя, у былой жизни, у быта, у всего и всех. (Ещё любящая - лавочница, вы знали?) Моя молодость, мои неистраченные силы, мои непролитые слёзы, моя накопленная больная нежность - всё за него, задатком, авансом, процентами, кредитом коммерческого банка, постоплатой, чем скажешь. Платить за любимых - легко, просто, невесомо. Только дай - мне - его - выстрадать. Умирать и плакать - это всё, что я могу, но разве Тебе - мало? Ты всегда брал этим - возьми же и у меня (глас - многих). Сладостно благодарю и сладостно же опасаюсь, что Он - услышал (не Сын, Отец. Сын - был бы добрее, но сделки заключаются - с Отцом, а любовь - всегда сделка с небом).

Выбор. Милосердие. Цена.

Если вы рискуете говорить о любви, вы говорите именно об этом и ни о чем больше.

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Чувства и чувствительность, Фрейд бы плакал, Улицы ждут своих героев, Росчерком пера, Песнь Песней, Отношения, Остальное йога и каннабис., Наблюдения, Мысли вслух, Миссис Хадсон унесла мой череп, Марина, Лытдыбр, Личное, Жизненное, Ей всё можно, она в шубе., Дьяволиада, Девочка, девушка, женщина, Горький осадок, но сахара не надо (с), Гармонизируй и агонизируй, Бренность бытия, А ларчик просто открывался

10:23 

Избраннического любовного эгоизма пост.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Несколько дней назад один человек, имеющий, прямо скажем, непосредственную связь с космосом, сказал мне: «Мироздание всегда говорит нам "да". Но, даже имея связь с мирозданием, нужно избегать социального конфликта. У Уайльда была такая связь, но социум его убил», а ещё некоторое время спустя другой хороший человек задумчиво добавил: «Дело не в активном конфликте даже. Тот, кто чувствует не как большинство, уже находится с ним в конфликте». Одиночки и социум - вечная тема, творческая ли, политическая ли, но мы-то сейчас говорим - сюрприз! - о любви. И, как ни странно, правило остаётся неизменным: масса с температурой 36,6 всегда будет выдавливать лихорадящего больного с его 38,8, с его чувством на границе эроса и танатоса. Это самозащита общества - в массе и в лице каждого конкретного, помноженная на альтруистическое желание излечить, донести правду, сказать, как лучше. Когда ты ощущаешь и чувствуешь на разрыв, а вокруг 9/10 людей с тёпленькими чувствами (тм), - что ты слышишь? Увещевания. Вразумления. Порицания, если совсем уж не везёт.

... Но именно когда у тебя твои жаркие 38,8, ты не слышишь вразумлений. Это - попытка привить уже безнадежно зараженного. Ничьи «Мы желаем тебе добра», «Кто скажет тебе правду, если не мы?» и «Всем всё понятно, кроме тебя» не в состоянии бороться с вирусом, только добавляют новые волны озноба. Что нужно человеку в лихорадке? Забота - и доброта. Немного доброты - и тогда абсолютно всё можно будет вынести. Но здоровая толпа с ровным дыханием чаще разумна, чем добра, таков закон.

Я тоже была здорова; помню, как рьяно развинчивала идеалы подруг, как рубила с плеча правду-матку, как пыталась вытаскивать А. из её двухлетнего романа с бабником-наркоманом, кричала, шипела, вразумляла, боялась за неё, хотела уберечь, желала пресловутого добра (совершенно неправильного розлива) - и никак не понимала, почему не срабатывает, я же вижу истинное лицо человека и отношений, она-то почему такая слепая? Ради чего плачет ночами и не может съесть ни куска? Только сейчас, на седьмом месяце собственного нутряного жара, понимаю: у неё было под тридцать девять, а у меня - моя средняя температура по больнице. Я, как сытая, не могла и не умела понять её - голодную. Мне нужно было делать только одно - быть рядом и поддерживать, гладить по плечу, говорить «Это ничего, ничего, всё будет хорошо, хорошо», чтобы ей просто ровнее дышалось, мне нужно было быть добрее, а я считала, что быть умнее - вот моя задача. Сейчас, полагаю, вела бы себя совсем иначе. Потому что никакие увещевания всё равно не помогли, она всё равно прошла полный, завершенный цикл, вынесла из этого романа то, что было необходимо, и сама захлопнула книгу.

Можно бы быть благодарной за «правду», которую до тебя доносят, но дело в том, что правда - категория фактологическая. Нечто свершившееся и сущее. Гипотетика правдой быть не может априори. Правда здоровых - попытка прозреть будущее, а это, мы с вами ведь знаем, дано только Ему одному. У людей с 38,8, давлением за двести и амплитудой Олега, давайте уже согласимся, лёгкий бзик на всю голову (слишком много разжиженной горячей крови приливает к мозгу) и своя безотчетная вера. И, наверное, если ты горишь среди тех, кто не горит, ты действительно обречен на неизбежный конфликт, который - даст бог! - всё-таки не убьёт тебя. Воистину, в диалоге «А если конфликт уже есть?» был возможен только тот ответ, который я и услышала - «Тогда просто живите с ним и терпите. Мироздание-то говорит вам "да"».

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Сбившийся вектор направления, Отношения, Мысли вслух, Личное, Жизненное, Ей всё можно, она в шубе., Девочка, девушка, женщина, А ларчик просто открывался

URL
15:15 

В начале было слово.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
А после - моё сегодняшнее многословие. Один недавний инцидент не даёт моей белой этике покоя. Сложилась ситуация, в которой я предельно остро отреагировала на то, что человек заглянул мне под руку, когда я писала, и собственная экзальтированная, нервная, волчья реакция смутила меня саму. Всё свелось к «Не люблю, когда смотрят, как я пишу», но объяснение - шире (и ещё нервичнее). Слова - интимны. Слова - сокровенны. В моей системе координат слова больше и важнее действий. Действия для меня - автоматика, механика, рефлексология, слова - то, что не искореняется, не вырубается и не заштриховывается, они для меня - исключительно, подчеркиваю, для меня - значительнее и значимее. Всегда можно исправить, переделав, но никогда нельзя исправить, переговорив (ложки находятся, осадок - остаётся). Всё, слово было услышано и запомнено, это - навсегда. Действие же перекрывается действием, последвия действий исправимы, последствия слов - неизменны. Рукописи не горят - фактически в прямейшем из смыслов (не стираются из глобальной памяти).

Разумеется, с исключениями. Разумеется, с вариациями. Разумеется, мы не говорим о фатальных поступках, катастрофах, действиях, подпадающих под юрисдикцию УК РФ.

Уже как-то говорила об «охудожествлении» реальности, о том, что реальность - плоска и жестока и нужно делать её художественнее, драматургичнее, стилистически - богаче, причем за инструментарием далеко ходить не надо. Как раз слова и способны на это, они - средство создания одной глобальной записи, называемой жизнью. Поэтому я, как истый аудиал и тем паче аудиал-лингвистик, так трепетна к ним, к этим тончайшим резцам. Поэтому так болезненно реагирую на всё, что слов касается. Если я употребляю некое слово, а оно человека удивляет, кажется странным, смешным или нелепым, то это повод смять рукой лист, удалить пост, проклясть всё на свете, ибо то, что касается слов, должно быть идеально. А вызвавшее сомнение, удивление, недоумение - уже не идеально, следовательно - требует уничтожения. Поэтому никогда не делюсь процессом написания чего-либо. Поэтому ненавижу писать «на коленке». Поэтому питаю внутреннее скорбное отвращение к играм вроде «драбблов на салфетках» и извечно от них отказываюсь. В условиях, когда слова низводятся до ничего не значащей забавы, в условиях, когда не даётся ни атмосферы, ни времени на оттачивание, невозможно построить по-настоящему стоящее предложение. То есть, нет, разумеется, возможно. Но это заберёт много ресурса. Небрежность же в отношении слов для меня преступна.

А ещё - ещё слова беззащитны, как оленята на подламывающихся ногах, и я чувствую настоящую боль, когда тут же, с хода, не могу отстоять некое выбранное мною слово, обосновать и объяснить, почему - оно, почему - так, почему - тот или этот интуитивный ход.

Закольцовывая: слово было в начале всего - и будет, по всей вероятности, в конце; у него непоколебимая, но недооцениваемая власть. У человечества - культ поступка, и эта недооценка всем нам вместе и каждому по отдельности аукается постоянно, вековечно. Слово - не просто набор звуков и символьных знаков, подразумевающий под собой практическое содержание. Оно творит (и оно же само - творение).

Всё от этого. Всё поэтому. Как-то так.

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Фрейд бы плакал, Точка зрения, Такой вот забавный зверек, Росчерком пера, Миссис Хадсон унесла мой череп, Ей всё можно, она в шубе., Бренность бытия, Библиотечные кинки, А ларчик просто открывался

22:41 

Доступ к записи ограничен

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
19:26 

Объяснительная записка.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Исчезала, каюсь. За прошедшие недели в моей жизни и жизни моей семье произошло несколько событий, если кратко, то хроника такова:

1. Начиная с дурного, но, ттт, обошедшегося: в конце февраля папу госпитализировали с острым инфарктом, в тот же день прооперировали. Сейчас он всё ещё в больнице, но уже в понедельник выезжает на реабилитацию в санаторий. Сказать, что первую неделю мы с мамой прожили в состоянии тотального, непрерывного, выбивающего из колеи страха - не сказать ничего (и сказать, что именно в ту неделю я старательно пыталась от ситуации убежать во всё, что угодно, - тоже ничего не сказать). На данный момент папа уже ходит, вполне бодр, засыпает под Ильфа и Петрова и думает о грозящей санаторной скуке. Шутки про «Вот такой рубец!» теперь вполне себе не шутки, а полноправные замечания.

2. После двух с лишним месяцев горения фитиль, зашипев, погас, и в дверную щель скользнул зверь-неписун. Очень уж много, кажется, забрали у меня Король, Принц и Лучник, хотя пара гештальтов так и остаются незакрытыми (искренне надеюсь их прикрыть, но ничего не обещаю, увы). В какой-то момент - со всех сторон света - появилось немало материала для оригинальных текстов, я даже подумала вернуться к драматургическим формам, но материал вдруг испарился сам собою. Писать (или хотеть писать), когда всё плохо, и не писать, когда всё хорошо, - признак графомании, и надо бы, конечно, над этим работать.

3. Я (не смотря на то, что ещё эмоционально тяну на себя одно одеяло из прошлого) всё же толкнула себя и другого человека (по сути - мы толкнули друг друга) в служебный роман, шаблонный и бесперспективный, сопряженный с дичайшим множеством сложностей, трудностей и страхов; в роман, в котором одним букетом заблагоухали все мои кинки - от несвободных мужчин до возрастной разницы - но дело в том, что всё это меня совершенно не пугает и не смущает. Наоборот, последние сутки - после того, как всё разъяснилось - я чувствую себя нечеловечески хорошо, улыбаюсь, как городская сумасшедшая, не прекращая. Ощущение, будто мы с мирозданием вдруг взяли и совпали пазами, синхронизировались, будто оно теперь каждой деталью и каждой бытовой мелочью благоволит мне, а я за это чудовищно благодарна ему; мы с мрзд улыбаемся друг другу, оно - солнцем, я - изгибом губ. Никакого безумия, костра, погибели, ледяной расщелины и крови из жил, ничего, что я так люблю, просто - комфорт, просто - совпадение. Едва ли не впервые в жизни наконец-то совпадение - хоть в чем-то, вот с этим человеком. Поэтому пусть - ттт! - всё просто идёт, как идёт, течёт, как течёт. Чувство, что всё хорошо, такое незнакомое и абсолютно мне чужое, что я собираюсь растянуть его на максимально длительный промежуток времени («... И весь этаж, кажется мне, пахнет твоими духами, только кажется, но я - чувствую»). Знаю, сколь всё это недолговечно с учетом обстоятельств, и хочу просто насладиться моментом (неужели же - не заслужила?).

Обещаю в ближайшее время не исчезать так фатально и целую всех по очереди в носы.

@темы: Улицы ждут своих героев, Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Такой вот забавный зверек, Суета сует, События, Семья, Росчерком пера, Песнь Песней, Отношения, Остальное йога и каннабис., Миссис Хадсон унесла мой череп, Лытдыбр, Личное, Жизненное, Ей всё можно, она в шубе., Девочка, девушка, женщина, Гармонизируй и агонизируй, А ларчик просто открывался

14:02 

Авторская рубрика «Пойду поплачу в туалете» снова на первой полосе, здравствуйте.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Забежала в любимую лабораторию, убежала, вернулась вновь, им уже весело. Начлаб:
— Прости. Мы о тебе. За те пять минут, на которые ты выходила, мы решили, что ты самая красивая девушка в менеджерском отделе, у тебя лучшая фигура и тебе ничего не нужно с собой делать.
— [моё благодарно-ошарашенное молчание].
Таня:
— Да, не обижайся, пожалуйста, такие вот у нас иногда темы, мы говорили о тебе, ты у всех выиграла, даже у Саши М.
Начлаб:
— А ещё я поговорил с В.П. о том, чтобы ты сидела с нами, она отреагировала без энтузиазма, потому что не хочет отнимать тебя у менеджеров, мол, у тебя так много связанных с ними обязанностей...
— С моим разношерстным функционалом я вообще должна сидеть посреди коридора.
— ... Но скоро нам дадут помещение побольше, и я обсужу этот вопрос ещё раз. Если бы ты могла выбирать, то где бы сама хотела сидеть?
— По-моему, это очевидно.
— Нам - нет.
— Не зря же я столько раз в день забегаю к вам под любым предлогом.
— Такого ответа достаточно.

Пусть этот человек перестанет замечать, во что я одета и какие у меня сегодня серьги, перестанет быть галантным, общительным и весёлым, перестанет благодарить за работу (даже косячную) и звать переселиться к ним, - вот тогда я вздохну. Не свободно и не как-то ещё, просто вздохну.

@темы: Чувства и чувствительность, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Миссис Хадсон унесла мой череп, Ей всё можно, она в шубе., Диалоги, Гармонизируй и агонизируй, Всякая всячина, Arbeiten, arbeiten и ещё раз arbeiten.

03:09 

Part 3. Об отношении к отношениям (не забывайте, что с вами говорит ангстер).

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Столько постов уже было на эту тему, что все авторши романов серии «Арлекин» (опасаюсь, что она там всю жизнь была одна) уже давно тихо задыхаются от зависти, но тут недавно случился катализатор. Мы с А. загудели в ночь с прошлой пятницы на субботу (её бросил жених, у меня просто всё плохо), и вот в пятом часу утра, утанцевавшиеся до боли в мышцах, лежим мы, потягиваем скотч (шотландский виски лучше ирландского, аминь) и А. вдруг, глядя в белый потолок, решительно спрашивает у меня: «Ты семью вообще хочешь?»

Это было неприятно. Как кровь из пальца, если тебе пять лет. Если не пять - тоже.

Пила бы - подавилась. Но своё я, благо, уже выпила до. «Так вот какое я создаю впечатление, да?» - как-то искренне, болезненно оскорбилась я, будто любимая А. назвала меня ущербной, горбатой, увечной. «Конечно, хочу! Когда-нибудь. Не сейчас. Детей - хочу точно, года через три-четыре. Мужа - тоже. Или... не знаю. Семью. Без половой принадлежности». А. - честная, она мой Штирль для Доста, тут же прямолинейно сообщивший, что по мне, в общем-то, незаметно, что я хочу семью, ибо ничего не делаю для её создания, никого не ищу, не стараюсь. Мы заговорили о том, почему не ищу, и пришли к моему - в двадцать три года - очень инфантильному оправданию: я слишком люблю своё личное пространство. Нет, это даже слабо сказано. Так люблю свои увлечения, свои занятия, свой образ и график, свой режим жизни, что на данном этапе никого не согласна в него внедрять. Так люблю себя и своё устоявшееся бытие, что прежде всего требую от человека одного - чтобы он уважал мои личные время и пространство и не претендовал на них. В моей жизни была всего пара человек, которым я разрешила бы этот режим и порядок изменить (изменила бы ради них), нарушить, перевернуть, но их любила безответно, и в этом-то, вероятно, был весь секрет - безответные любови были для моего образа жизни безопасны, ничем ему не угрожали.

По сути, это очень подростковое требование, родом из неотжитого пубертата: оставь мне мою территорию. С другой стороны, это исконно интровертное требование. С третьей, ни один из тех, на ком я была по-настоящему завязана, не ответил мне полной взаимностью, и, следовательно, я не знаю, как вела бы себя в отношениях с ними. Но на данный момент времени могу сказать: не понимаю растворения друг в друге, не понимаю уделения друг другу каждой минуты свободного времени (а как же личное? интересы? творчество? познание?), я хочу прежде всего, чтобы тот, с кем я буду, уважал моё пространство и мои требования, а я взамен буду уважает его - всецело. Вот это для меня - отношения. Будь собою, но дай и мне взамен быть собой тоже - и все будут счастливы. Я там, где и когда считаю нужным, ты - аналогично. Отношения - это подстраивание друг под друга и компромисс? Да, бесспорно, разумеется, конечно, то же я ответила и А. Но на данном этапе всё-таки больше люблю свой круг интересов, свою зону комфорта, поэтому хочу свободы, а не соглашений.

Вероятно, именно поэтому я сегодня, приняв на грудь, смело, как истребитель, выдала пулемётную очередь речи о том, что детей - безусловно, хочу (я и А. так сказала), мужа - нет. На что мои давно прошедшие огонь, воду и Сталинград жизни за стеной родители ответили: окей, мы так и думали, это нормально, ничего, рожай, сами вырастим.

Понимаете, о чём на самом деле этот пост? (Забудьте абзацы выше). Он о том, что девочка хочет любви, но не хочет любви (с). Мне просто нужен кто-то, кто станет этой любовью. Он же может стать и реальным человеком для жизни, но это - вовсе не обязательно (скорее всего этого и не случится, чувства не всегда равны жизни, да почти никогда не равны, чего уж). Хочу любить (а для меня любить - пылать, жертвовать себя кому-то, отдаваться к чертям собачьим с потрохами, гореть) или хочу терпеливого(ую) того, кто просто будет держать меня за руку крепко-накрепко во время всех моих истерик, метаний, любовей и говорить: «Ну тебя к дьяволу, я никуда не уйду, я буду с тобой всегда, делай, что хочешь, бушуй, пылай, кусайся, плачь, всё равно отгоришь им (ею), а я останусь. Возгорайся паранойей, ненавидь меня, сомневайся, уходи, бросай, - останусь. Я буду ждать. Дотерплю. Докажу тебе, что постоянство - есть, что людям нужно не просто взаимное потребление». Но это идеал, да? Мираж, иллюзия, шизоидная галлюцинация. Таких сильных не бывает, просто не случается. Поэтому у меня всегда и будут - вырастая из любви к личному пространству - классически невзаимные чувства и случайные связи. И то, и другое - удобно и безопасно. Безопаснее только идеальный и терпеливый(ая), но то ведь фантазия.

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Чувства и чувствительность, Хьюстон, у нас проблема, Фрейд бы плакал, Ум за разум, Улицы ждут своих героев, Такой вот забавный зверек, Сбившийся вектор направления, Росчерком пера, Рефлексия, Полуночное, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Отношения, Не секс, не драгс, почти что рок-н-ролл, Наблюдения, На круги своя, Мысли вслух, Миссис Хадсон унесла мой череп, Маргарин идей, Жизненное, Ей всё можно, она в шубе., Дьяволиада, Артист Саша крутится на стуле, А ларчик просто открывался

23:37 

Part 2. А теперь о коронном «охудожествлении реальности», ставшем мемом.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Однажды мы сидели в какой-то сушильне - я, Джордж, Линец и Юнкер, и тут зашла речь о моих твитах. А я тот ещё судорожный твиттераст, которому нужно фиксироваь каждый мало-мальски примечательный диалог и каждое мимолётное событие. Помнится, речь об этом заходила и раньше, но отчётливо я помню именно тот разговор, потому, возможно, накладываю их друг на друга. Возлюбленные девы сказали мне: ты, мол, искажаешь реплики, записываешь их не так, как они были произнесены, часто привираешь. На что я ответила: «Но так же лучше». Возникла пауза. А потом прозвучало: «Мы думали, что у тебя просто плохая память». «Нет, я делаю реальность более художественной».

Так возникла шутка, которую я сама люблю воспроизводить, почти горжусь ею: «Мора опять охудожествляет реальность». Ко всему можно отнести. От написания поста до соскребания варенья с чизкейка.

В этом вся суть. У меня хорошая память. Но многие диалоги и события в своём описании звучат лучше в несколько видоизменённом, отшлифованном или утрированном виде, и я не считаю, что это дурно. Реальность - плоская, жестокая, серо-коричневая, местами убогая, местами никакая, местами беспросветная. Она нуждается в том, чтобы быть лучше, ярче, острее, искромётнее. Как ответила мне на это однажды Аня: «Да, Мора, реальность должна. Всем должна. Мне должна, вам должна, только Барду не должна, у него уже есть Трандуил, куда красивее». Реальность должна быть красивее, понимаете? Но она не красива. Поэтому в своём личном мире, в рамках собственного восприятия я делаю её такой. Убираю лишнее из диалогов, глаже складываю фразы, порой меняю порядок слов, чтобы получилось художественнее, чтобы вышло что-то блестящее, по-настоящему достойное записи, а для меня, как ударенного головой райтера, жизнь равняется записи, вторая и создаёт первую. Искажение ли это? Конечно, в некоторой степени. Но искажение на благо, почти никогда не меняющее сути, но меняющее форму, ибо форма - важна, форма - всё. Это я готова отстаивать хоть на эшафоте. Неважно, что. Важно, как. Аминь. Реальность - бедна. Так нужно делать её богаче силой своих способностей, воображения, умений. Тогда она заиграет, как бриллиант на свету. На этом строятся история, литература, все искусства, все архетипы человеческого бессознательного.

На минуту: сейчас в комментарии может придти множество осенённых высшим светом людей, которые, обретя дзен, сообщат мне, что реальность ярка, прекрасна, многогранна, светла, что вокруг - океан хорошего, доброго и красивого, надо только открыть, наконец, глаза. Сразу: я верю вам. Я верю, что вы всё это видите, верю, что так и есть, правда, это не сарказм, клянусь. Но уверуйте на секунду и вы в параллельность вселенных, в то, что реальность, которую вижу я, гораздо более нищая и вязкая, в ней тесно, плохо, душно, низко. Нет правильной и неправильной реальности, по сути - нет ни вашей, ни моей, - есть лишь ваш и мой взгляд на реальность. Вот мой - он таков. И я всячески стараюсь улучшить его, как умею. Через придание «красивости». Через то, что иногда пытаюсь говорить, как драматургические героини - и так же заставляю говорить людей вокруг. Через то, что придаю бытовым событиям инфернальный символизм. Жизнь - бедная (снова сноска: в моём восприятии), ей не хватает писательского, книжного (не стесняюсь и не избегаю термина) охудожествления. Да, в своём максимализме я заявляю: не книги должны быть похожими на жизнь, жизнь - на книги, это взаимный симбиоз, одно порождает другое и зависит от него неизбежно, неизбывно. Упаси Бог, не пропагандирую, лишь сообщаю: для меня - так. Для вас - иначе. Это здорово, будем жить в мире.

By the way: читала тут на днях статью на какой-то - простите, не вспомню, какой - фильм Вырыпаева, встретила там фразу: «Его герои говорят не как люди, а как в пьесе» - и подумала: какая разница? а что плохого? Почему нет? Если так не говорят в реальности Вася и Клава из соседнего двора, то пусть говорят хоть в кино, кто-то же должен так говорить, должен обязательно. Я люблю, когда говорят, как в пьесе, я вобще люблю, когда всё так, как в пьесе, если бы могла, то, как в известном спектакле, просто жила бы «В пространстве Теннеси У.». Реальность и быт, жизнь и действительность не додают нам, не додают мне. Не додают мне Достоевского, Теннеси У., Булгакова, абсурдистов, вычурных драматургов современности. При этом заметьте: я не отстаиваю красоту как высокий штиль, я как раз люблю грязь (прямо-таки как в одноимённом фильме с МакЭвоем), люблю трэш, жетскач, изврат, самое больное и глубинное в людях, но: каким же эстетичным, красивым всё это умеет быть! Таким оно и должно быть в жизни. Жизнь, на самом деле, не такая? Знаю. Поэтому и делаю её - такой. Потому что она не дотягивает до моих критериев художественности.

Любить - так как у Фёдора Михайловича, как у Куприна в Гранатовом браслете. Идти к цели - так как у Толкиена. Погибать от бессмысленности, так как у Сартра. И никак иначе. Они создали мою реальность, реальность создала их, - уже нельзя разделить.

По сути, то, о чём я здесь распинаюсь - чистой воды декадентство. Это не проповедь и не мораль, потому так нажимаю на личные местоимения. Это лишь объяснение своей позиции, чтобы не возникало вопросов конкретно ко мне. Вымышленная, эстетизированная, болезненно напряженная, обострённая, фантазийная реальность для меня дороже и лучше реальности имеющейся (заметьте: она не менее, если не более, реальна). У меня был большой соблазн закрыть пост от комментариев, ибо предчувствую, что люди придут спорить и укорять меня в зашоренности и инфантилизме, но потому и решила: нет, всё сказала, объяснила, что это лишь частная точка зрения, и спорить не хочу. Реальность нужно охудожествлять. Так жажду жить. Но я не заставляю жить так других. Лишь в самом ближайшем круге ищу тех, кто: 1) будет разделять это (есть); 2) будет, наоборот, заземлять меня (есть).

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Фрейд бы плакал, Ум за разум, Точка зрения, Такой вот забавный зверек, Росчерком пера, Рефлексия, Полуночное, Остальное йога и каннабис., На круги своя, Мысли вслух, Миссис Хадсон унесла мой череп, Маркером по кафелю, Маргарин идей, Жизненное, Ей всё можно, она в шубе., Артист Саша крутится на стуле, А ларчик просто открывался

22:04 

Три вещи, которые никто не хотел обо мне знать.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
У меня есть что-то вроде серии задуманных постов - мысли и идеи, писать о которых лень, откладывается, но хотелось бы. О своих недостатках, об охудожествлении реальности (обязательном в моей вселенной), о любви и отношении к отношениям, о Достоевском против Толстого (снова, в энный раз), об истории (кто тут когда-то хотел на истфак?). Но всё это регулярно откладывается. Поэтому в данную минуту я решила, что хоть один настрочить всё же надо, и начну с первого в списке. По сути, если уж браться писать пост о своих недостатках, то он должен содержать приблизительно сто сорок восемь пунктов в хаотическом порядке, но здесь и сейчас - фанфары, тимпаны, барабаны - будет список из трёх вещей, которых я наиболее в себе стыжусь на данный момент времени. Аттракцион невиданной щедрости.

1. Лень. И это не абстракция. Я действительно предельно ленивый человек. Не люблю работать (хотя если работаю, то, как и положено человеку с комплексом отличницы, праведно и на износ, что сильно давит) и не люблю общаться с людьми (слишком энергозатратно). Вообще мечтаю о том, чтобы государство выплачивало мне пособие за то, что я сижу дома, пью ирландский кофе, пишу, читаю и смотрю кино. Так могу жить неделями и месяцами, проверено. Всё остальное - жестокая вынужденность, ибо надо же что-то есть, на что-то ходить в театр и покупать книги. Я типичный потребитель чужого информационно-творческого потока, терпеть не могу телодвижения, хоть какое-то подобие активности, и хоть и создаю свой поток, но всё же в обществе культа трудоголизма этого недостаточно, а сказать об - стыдно.

2. У меня некоторые проблемы с алкоголем. Которые я проблемами, кстати, не считаю. Первое: алкоголь нужен мне, чтобы общаться. Был в моей жизни период, когда пару-тройку недель я вообще не выходила из дома, не выпив предварительно рюмку водки (университет, четвёртый курс). Иначе просто не могла заставить себя выйти из комнаты, не совершив ошибку, идти по улице, коммуницировать с людьми. Потом прошло, но модель осталась - алкоголь до сих пор мой главный катализатор общения, никогда ещё мне не бывает так легко и хорошо говорить, как с его помощью. Второе - алкоголь равняется творчеству. В какой-то момент жизни вывела, что лучше всего пишется в состоянии легчайшего опьянения. Два-три бокала вина, пара бокалов виски, пара рюмок коньяка - и слова льются сами, руки набивают текст быстрее, чем успеваешь его проговаривать, нет понятия о том, как надо и не надо, сознание свободно, вольно, раскрепощено, ничем не зашорено, правила не мешают, речь текуча. С того момента я иногда пью преднамеренно, специально - чтобы суметь писать. Мои не самые трезвые тексты - мои лучшие тексты. В них нет трезвой тяжести. Это очень трусливый способ разрушения барьеров между сознанием и бессознательным, но я ничем не могу заменить ту лёгкость, которую он даёт. Впрочем, ни в первом, ни во втором случаях нельзя перебарщивать, это непреложный закон, иначе не сможешь ни говорить, ни писать, а важным является не само состояние, но его результат. Впрочем, если перебор и случается, то непреднамеренно.

3. У меня есть некоторые расстройства пищевого поведения, но вот об этом вы точно не хотите знать, а я - говорить.

Дополнительным пунктом могло бы быть моё отношение к отношениям, но это тема отдельного поста.

@темы: Я, Экзистенциальное мировоззрение муравья., Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Сбившийся вектор направления, Росчерком пера, Рефлексия, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Остальное йога и каннабис., Мысли вслух, Миссис Хадсон унесла мой череп, Маргарин идей, Ей всё можно, она в шубе., Бренность бытия, "А вы шьете летом?" - "Нет, я Стас Лопаткин"

20:00 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Ребята, на некоторое время исчезну, уйду в адаптацию к новому месту работы и в Стефана Цвейга (некогда брошенная «Мария Стюарт» прекрасна). Одолели неписун и родная интроверсия, вполне логичные, если учесть, что последние два месяца я горела, как Жанна Д'Арк и Джордано Бруно в одном лице; ресурс временно вышел. На комментарии постараюсь в ближайшее время честно ответить, но текстов пока не обещаю - модерн-АУ встал, по тридцать минут отупело смотрю в монитор, выдавливая по одному картонному абзацу и не зная, что писать дальше, слова ушли, это похоже на глотание толченого стекла большими порциями, в общем, боль. Что тоже вполне закономерно как временное явление. Планов - громадьё, именно так (очень обидно) всегда и бывает, когда уже нет ни сил, ни желания, но в теории с меня ещё как минимум два куска АУ и два аутентичных текста, если не перегорю, как лампочка накаливания, с концами.

А пока всех целую крепко, ваша итровертная репка.

@темы: Фикрайтерское, Тыгыдым-тыгыдым., Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Такой вот забавный зверек, Остальное йога и каннабис., Настроение, На круги своя, Ей всё можно, она в шубе., Горький осадок, но сахара не надо (с), "А вы шьете летом?" - "Нет, я Стас Лопаткин"

17:33 

Pushing Daisies.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Никаких рассказов о концентрированной милоте (такой, что больше двух серий за раз и трезвой - не вынести). Ни слова о Ли Пейсе, на котором хочется повиснуть, повиснуть и качаться на нём, таком высоченном, и шептать всю Песнь Песней, увлажняя его шею своими слезами [простите, пойду погорю]. Даже почти ни слова о качестве сериала, хотя это Тим Бёртон, помноженный на Уэса Андерсона с их изумительной душевной утрированностью, чарующим юмором и отличными диалогами, а, главное, абсолютно прекрасной эстетикой. Речь о другом. Эта эссенциированная милота (а, возможно, Ли; в основном Ли) делает кинковыми некоторые совершенно не кинковые вещи. Вроде еды. Никогда не было, знаете ли, фуд-фетишей, знаменитую сцену в 9 1/2 недель всегда смотрела исключительно с желанием пожрать, а потом булимизировать. Но здесь эта клубника, оживляемая Нэдом, эти персики и яблоки, эти ПИРОГИ. Господи, какие аппетитные пироги. Так и хочется сразу тоже испечь с кем-нибудь пирог, вываляв его/её при этом в муке. А ещё безумно захотелось провести эксперимент и поцеловать кого-нибудь через пищевую плёнку, просто безумно, хоть объявление в «Из рук в руки» давай. И не говорите, что это не приходило и вам в голову тоже; я про плёнку.

@темы: Я не я и космические лучи не мои, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Миссис Хадсон унесла мой череп, Лэнгдон раскачивал полку, Ей всё можно, она в шубе., Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, TV, Pushing Daisies, Lee Pace

12:07 

Имя, сестра, имя! (с)

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Что ж, тридцать дней минули - и из женщины по имени Лилиана Борисовна снова становлюсь привычной собою; здравствуйте, это я, ваша Мора. Немножко жутковато от того, что в новый год входила с тем ником (учитывая его историю и суть), но, с другой стороны, вряд ли в моей жизни может случиться что-то более лилианоборисовное, чем то, что уже случалось когда-то. Впрочем, грех, конечно, зарекаться.

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Такой вот забавный зверек, Ей всё можно, она в шубе.

20:03 

Halt and Catch Fire.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Очередное моё персональное спасибо Джексону, открывшему мне Ли Пейса, и Ли Пейсу, открывшего мне небо в алмазах внутри своей фильмографии. Ситуация с «Остановись и гори» - примерно такая же, как по осени была с Peaky blinders, то есть, я абсолютно не понимаю, почему уже год-полтора-два вся ф-лента не воет волчьим воем по таким действительно качественным проектам. По чему угодно, кроме них, хотя в достатке всего - сюжета, диалогов, игры, напряжения, картинки, крышесносной музыки.

1983. Отправьтесь в этот год, возьмите гениального неудачника - специалиста по «железу», девочку с неотжитым пубертатом - программиста от бога и циничного дельца в костюме от Армани и с травматикой под ним - продажника от дьявола. Так вы получите вымышленную, но от того не менее реальную историю людей, сунувших палку в колесо IBM. Неважно, что там в реальности сделали с компьютерами в 1981-м и том же 83-м, честное слово, вам будет плевать, потому что Halt and Catch Fire - это рассказ о плотном, осязаемом человеческом безумии, байопик о каждом компьютерном новаторе того времени, рассказ об их будущем, которые мы сейчас держим в руках (буквально). А самое прекрасное, что все в этом сериале - форменные психопаты, одержимые святым сумасшествием Да Винчи, искатели Святого Грааля века высоких технологий. Инженер. Программист. Продавец. Кушетка плачет по каждому - и каждый раскручивает свой клубок гиперкомпенсации, подросткового истерикоза или внутренней социопатической пустоты как только может. Они лгут, пьют, занимаются сексом, подставляют друг друга, любят, ищут, заходят в тупики (регулярно) и творят, творят, как ненормальные, с кровью прорываясь сквозь тернии к звёздам - к тому, что создать было невозможно, но они взяли и создали, переродившись в процессе этого созидания. Больные отношения, компьютеры как искусство и коды как музыка, Джо МакМиллан, готовый для хорошей рекламы прокрутить чью-нибудь руку через мясорубку, ничего белого, ничего черного, вынужденная команда мечты. Идеально.

Неизбежный абзац о Ли Пейсе: пластилиновый актёр. Режиссёры, кажется, могут брать его и делать что угодно, ибо психологически он просто глина - может всё. О его Джо МакМиллане можно написать диссертацию: блестящий фасад, огромные способности, илистая внутренняя топь комплексов; он пустой, полый, его жалко, но он гениален в своём деле. То, как Ли это играет - это всё разом - просто взрывает сознание. Трогательный социопат. Притягательный лжец. Вдохновитель на час. Что Ли делает телом - это умопомрачение, крадущийся тигр, затаившийся дракон, одновременные расслабленность (внешняя) и дикая собранность (внутренняя). Что он делает глазами - а он ими покоряет, унижает, занимается любовью, иногда всё одномоментно. Что он делает голосом. Помимо того, что Ли просто криминально красив - и от него волной исходит какая-то первобытная энергетика силы, сшибающая с ног мощь, такой кристальный, ничем не прикрытый секс, что уже даже не неловко, просто сидишь, горишь, исходишь на соки, чувствуешь себя стягиваемым жгутом и жуешь угол подушки. А человек на экране даже ничего особенного не делает. Просто смотрит, ходит, говорит. В общем, я всё сказала. Теперь пойду лягу под ёлкой и помотаю себе избранные сцены. Орать, плакать, материться и фапать до крови сил больше просто нет.


@темы: Ей всё можно, она в шубе., Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Влюбленное, Ваша навеки, TV, Men, Lee Pace, Halt and Catch Fire, Лэнгдон раскачивал полку, Рекомендательное, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

10:46 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Таковы, наверное, все эти неистовые жрицы, жаждущие послужить гению, эти женщины, готовые быть верными подругами великих художников. Впрочем, тебе ли, белка, судить о женщинах?» ©

Не пугаемся временного, первого за восемь лет, превращения ника Moura в странную женщину, именуемую по отчеству. Это была мазохистическая неизбежность (и флэшмоб для особо ударенных), и нет фейспалма такой степени выразительности.

Спасибо Анатолию Киму, его Белке, кое-кому, кое-чему и вообще всему на свете.

Эмоция.

@темы: "У них там целый этот... бомонд!", - А вы? - А я Лоллобриджида. - Лолкто?, Ей всё можно, она в шубе., Котики и котфанду, Миссис Хадсон унесла мой череп, Такой вот забавный зверек, Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Ум за разум, Фрейд бы плакал, Экзистенциальное мировоззрение муравья.

23:40 

По-прежнему унижаем, любя.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
— Вот сказать о Сереже «Талантище» мне совесть не позволяет, это как-то нечестно, а сказать «Талант», ну, как-то странно звучит - «Талант».
<...>
— Представь, так Петрову и заявить: «Актёр вы так себе! Мало того, что женатик, так ещё и актёр так себе».
— Что-то мы вообще любим этот театр.
— Угу. И Лобанова-то мы с зубами не узнаём. И я как минимум дважды говорила Сереже «Я просмотрела почти весь ваш репертуар, хотя не понимаю, зачем это делаю, потому что Ермоловский - не самый любимый мой театр в Москве».
— Но при этом мы туда ходим.

Петров - хороший актёр, считайте, что там доказательство от противного, а театр - действительно не самый любимый, но - тем не менее - «Куда бы мы ни ехали, встречаемся на служебке Ермоловского», тем не менее я, как раненый жираф, припадая на левую ножку (с) несусь по переходам метро к миру во всём мире, то есть к Сереже - и, разумеется, не успеваю (ибо не верьте обещанной длительности спектакля), наверняка разминовываюсь с ним где-то на Тверской («Ты бы его всё равно не заметила, он сегодня весь такой в черном и в шапке»), в итоге приезжаю в центр города в десять вечера выпить кофе с такими же подстрелянными в голову, чтобы потом тридцать минут плясать дикие пляски в метро и кругами кататься на эскалаторах, ведь невозможно же так просто разъехаться, надо обсудить рост Петрова, дочь Петрова и самого Петрова, рост Сережи, фехтовальное мастерство Сережи и самого Сережу, составить рпс-фанон, поорать про трепещущее жало (исключительно цитируя Шекспира) и, в общем-то, в триста семьдесят второй плюс бесконечность раз понять, что:

Да, ты взрослая сознательная девочка с претензиями на интеллектуальность, литературный талант и что я там ещё о себе надумываю, но: «Мы от своего фанатства бежи-и-и-им, бежи-и-и-им!» - «А оно нас догоня-а-ает, догоня-а-ает!». Театр головного мозга. Я не хожу по врачам, наверное, потому, что боюсь вполне реальной записи в медицинской карте. Хотя театр для меня так часто персонифицируется, что, наверное, там должна быть ещё какая-то вторая запись. Вроде «Лилиана Борисовна», и кто читал Кима/смотрел Белку, тот поймёт.

Взялся, называется, ангстер написать счастливый упоротый пост. Ну, вы всё поняли. В любом случае это было о любви.

@темы: Я ватрушка, хохотушка (с), Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Улицы ждут своих героев, Театр, Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Миссис Хадсон унесла мой череп, Люди, Лытдыбр, Котики и котфанду, Копилка., Ей всё можно, она в шубе., Друзья, Диалоги, Грешно, но смешно (с), Гармонизируй и агонизируй, - А вы? - А я Лоллобриджида. - Лолкто?, (Не)плохой актёр Кемпо С., "У них там целый этот... бомонд!"

10:56 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
На вчерашнем корпоративе, когда мы все уже были изрядно хороши, партнёр-из-Казани-Дмитрий решил не сдерживаться и пошел носить на руках (буквально) Яночку, а в перерывах жрать глазами мою «коллегулю Аню». После же подошел ко мне и, видимо, оправдывая своё ко мне мужское невнимание, начал:
— У меня наметанный глаз, я всегда сразу вижу в людях породу, благородство. В вас есть какое-то врожденное высокое воспитание. Кто ваши родители? Нет, правда, кто? Это должны быть какие-то особенные люди.
Я в ответ очень долго пытаюсь донести до партнёра-из-Казани, что информация о моей семье ему ни к чему, а потом не выдерживаю и полунасмешливо чеканю правду-матку:
— Папа у меня, - говорю, - кабельщик-монтажник, мама - швея-мотористка.
Он, с искренним изумлением:
— Как же они вас воспитали?!
Язвительно:
— У нас есть семейная теория о подмене в роддоме.

Вообще же, вино залпом и полумрак танцпола вчера сделали своё дело - у меня похмелье и болят ноги, то есть - всё хорошо. В сущности, корпоратив можно описать так: в прошлом году, как говорят, учебный отдел на празднество не поехал вообще, ибо на носу была аккредитация, люди работали по четырнадцать часов, выходя на работу в выходные, а после и на январские праздники, одним словом - всем было даже не до бесплатной выпивки. И проректор потом мягко пожурил наше непосредственное начальство в форме дружеского выговора. Что это, мол, учебный отдел игнорирует корпоративные мероприятия. Так вот, сегодня проректор может проснуться поутру и с чистой совестью подумать: «Вчера учебный отдел был на корпоративе в полном составе - и, боже, как они жгли!». Мы и ребята из приёмки, как самые простые, вообще были и самыми бойкими - остальные, более престижные отделы, оказались и более скучными.

Итак, а теперь, пожалуйста, не кантовать меня хотя бы ближайшие часа полтора. Свой главный трудовой подвиг на сегодня я уже совершила - приехала.

@темы: Arbeiten, arbeiten и ещё раз arbeiten., Всякая всячина, Гармонизируй и агонизируй, Диалоги, Ей всё можно, она в шубе., Лытдыбр, Остальное йога и каннабис., Утро в нарнийской деревне, Этот адский пони тоже был там (с).

13:17 

Её словами говорить всегда проще.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Простите и не примите за дерзость: мне горько, что всегда “по поводу”. О как мне бы хотелось — Вас вне театра — балета — мимики, Вас по поводу Вас же, Вас — без, Вас — Вас. “Разговоры” [Книга Волконского] я уже начинаю вспоминать как вскрытую лирическую жилу по сравнению с отрешенностью “Откликов”».
М.Ц., сводные тетради, С. Волконскому.

@темы: Чувства и чувствительность, Цитаты, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Мысли вслух, Марина, Личное, Ей всё можно, она в шубе., Гармонизируй и агонизируй, А ларчик просто открывался

URL
10:37 

Линец, это комплимент!

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
13.12.2013 в 09:45
Пишет Katrusia:

***
- Смотрю я на Новикова и думаю - странный вкус у Линца.
- Вот да.
- А она смотрит на фотки Сердюка и думает, что странный вкус у тебя.
- *непередаваемый звук*
- Но это она его лично не видела. Вот если бы она с ним поговорила, она бы...
- Нет! Никаких разговоров. Подпускать Линца к Сердюку? Да ни за что!
- Ну, можно на нее эту надеть... как ее?
- Паранджу.
- Да!

URL записи

@темы: Котики и котфанду, Ей всё можно, она в шубе., Друзья, Диалоги, Грешно, но смешно (с), Men, Миссис Хадсон унесла мой череп, Лэнгдон раскачивал полку

23:03 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
У Бозина когда-то была интересная фраза. Что-то из серии ответа на вопрос о талантах и поклонниках, о зрительской-поклоннической-фанатской реакции или вроде того, сейчас не вспомнить. И он ответил замечательно: ничто не важно, важно сподвигать на творчество. Если человек посмотрел мой спектакль, а потом пришел домой и сел писать стихи - значит, всё не зря, значит, я что-то правильно сделал; вот это важно, а выразит зритель восторг или не выразит, подарит цветы или нет, поймает потом за руку - не поймает... всё внешнее. Волной проявления творчества важно будить такую же волну. Тогда есть смысл. Тогда это - настоящее.

Вспоминаю, сколько писала первые полтора-два года о Бозине. Бесчисленно. Поклоннически (рецензиями и отзывами, одами - в лучшем смысле), фикрайтерски (текстами, сублимационными до жути). Очень много - о нём. Всё изнутри было - об. Но никогда и ничего не было - не сходилось, не случалось - для. Для него не писалось - и мысли не приходило. Бозин воспринимался (да и воспринимается) мною как нечто надмирное, от реалий оторванное, вроде бы и в канве жизни, но всё же вне её. Создать что-либо для такого - немыслимо (для духов клеток не создают).

Накануне я закончила свою первую вещь для. Не для Бозина, для иного адресата (адресата без адресности, адресованность условна, потому что писалось без цели и без намерения; нет, с одним намерением - собственно написать, намерения показать, т.е. подарить - нет и быть не может). Написала для человека, не для эфемерного существа, не для объекта восхищения, - для жил. Для плоти и крови. И я, наконец, поняла, каково это - создать что-то для кого-то (в первую очередь, как ни каламбурно, для себя создать посредством того, что создаёшь для кого-то). Бешеное, страннейшее, тревожнейшее чувство.

NB: Ничто в вышесказанном, ничто в этом сравнении и сопоставлении не превышает одного и не принижает другого, это не вопрос степени (вопрос вне степени). Речь об ином - о том, как разно я воспринимаю разных же людей.

Джордж будет улыбаться и презирать чувствительную меня за этот пост [готовится].

@темы: Фикрайтерское, Ум за разум, Такой вот забавный зверек, Наблюдения, Мысли вслух, Менестрель боя и песни, Маркером по кафелю, Ей всё можно, она в шубе., Men

11:35 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Своей интровертностью и соответствующей ей истощаемостью я порой почти горжусь - это что-то вроде эмоциональной выгоды от осознания того, какая ты тонкая натура. Но ровно в той же степени это раздражает - раздражает, когда меня не хватает, когда я не могу охватывать полноценный массив, огромное плато внешних стимулов из-за того, что устаю ещё где-то на уровне нулевого, не первого даже этажа. Жизнь автоматически входит в русло работа-дом, но это-то меня как раз вполне утраивает, я со своей тягой к внешней статике и упорядоченности более чем принимаю то, что не провожу где-то вечера, это даже хорошо. Изнуряет другое. Что тексты - тоже деятельность. Энергозатратный перевод из внутреннего во внешнее. Тяжелый процесс - всегда, вне зависимости от желания писать и степени любви к тем, о ком пишешь.

Для того, чтобы написать текст, мне нужно два-три дня носить его в себе, холить, лелеять, существовать только в его пространстве (никакого быта, никакой работы, ничего - это внедряется, сбивает и убивает), - внутриутробное развитие. После нужен день на написание - весь день, ибо текст в эти сутки - первичная деятельность, иной быть не может и не должно. После - ещё два-три дня на «отходняк», кефир вместо мыслей, пустую голову (ресурс потрачен => ресурс нуждается в восполнении). На данный момент это утопия, органически невозможный сценарий, который - логично - никак не вписывается график работы пять через два с девяти до шести. И когда вечером я возвращаюсь домой, у меня внутри нет наполнения для написания, потому что весь этот день и все предшествующие мысли были заняты чем-то иным.

Нельзя сесть и просто написать текст, с чистого листа, вынув его изнутри. Для этого внутри должно быть что-то (не от быта, от - цветаевским словом-противопоставлением - бытия). Я не могу писать из внутреннего ничто. И это едва ли не единственная вещь, в которой отчаянно завидую людям с более устойчивыми и сильными типами темперамента, а так же - о да - экстравертам, способным вбирать внешние стимулы, не тратясь на них, а - наоборот - подпитываясь от. Людям, которые могут вернуться с работы, приготовить ужин, собраться на работу же, покормить кота, сделать маникюр, сесть и написать шедевральный текст. Мишн импосибл в моей вселенной. Я не могу сразу, по щелчку, перейти от работы или домашнего быта к тексту, нужен адаптационный период - и не в час-полтора-два, а в день-два.

Это не то чтобы нежелание писать. Желание есть. Но не желание как активное побуждение - «Сейчас, сейчас, скорее придти домой и сесть, ибо - колкий зуд в руках», а желание - «Я должна писать, мне нужно писать, я не могу не писать - и хочу написать так много и о столь многих, но». Как мы недавно шутили - лишь с тенью шутки - с Джорджем: безвыходность и безысходность, нам в любом случае неизбежно нужны спонсоры, чтобы мы могли просто сидеть дома и: я - писать, Джордж - рисовать. Но это уже из разряда абсурдистского безумия, не утопии даже.

То, как всё обстоит сейчас, выражаясь с излишней патетикой, убивает во мне и фикрайтера, и - претенциозное, амбициозное, самолюбивое слово - прозаика в принципе, пишущего человека как такового. Больше всего я боюсь того, что это просто отомрёт во мне как увлечение юности - за невозможностью продолжения развития в эту сторону.

@темы: Жизненное, Ей всё можно, она в шубе., Бренность бытия, Маркером по кафелю, Мысли вслух, Наблюдения, Остальное йога и каннабис., Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Рефлексия, Стресс в большом городе., Такой вот забавный зверек, Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Улицы ждут своих героев, Фикрайтерское, Экзистенциальное мировоззрение муравья.

День темнотут.

главная