• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете (список заголовков)
22:35 

Не смогла не, спасибо Линцу.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
И - на самом деле - я знаю, почему мне так нравится этот гиф с Шиллингом из Наполы (ладно, окей, мне нравятся все гифы с Шиллингом - из Наполы и нет, и не гифы тоже, и вообще мне просто нравится Шиллинг). Потому что в этом модусе он олицетворяет меня на работе в те моменты - то есть, читать, практически восемь часов в день - когда я отвечаю на студенческие письма. Вот именно так я реагирую на каждое второе. Только вишнёвого мундштука Альбрехту не хватает, ПРОСТИТЕ, ФАНОН.


@темы: Arbeiten, arbeiten и ещё раз arbeiten., Men, Tom Schilling, Гармонизируй и агонизируй, Дыши, бобёр, дыши, Лэнгдон раскачивал полку, Мысли вслух, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

10:28 

Тень ЛИРа, ТРВ, сцена ГКЦМ Высоцкого, 12 декабря.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Тень ЛИРа Андрея Боровикова - это своего рода «Розенкранц и Гильденстерн мертвы», только о Гонерилье и Регане. Спектакль из двух широких ярких лент - это история старших сестёр Корделии и история шутов. Далее только формулы моего личного, сугубо индивидупального восприятия, но: для меня Тень Лира - спектакль в первую очередь не о тургеневских отцах и детях, не о конфликте поколений (как ни странно) и даже не об обреченности отрекающегося нового поколения (как бывает часто). Это именно история Гонерильи и Реганы, попытка ответа на все смысловые вопросы: не что и даже как, а почему и из-за чего.

Здесь ремарка: у Шекспира великая палитра характеров, расставленных в самых разных точках континуума. У него есть сложные, многогранные, неодноцветные герои, а есть герои чистого зла и чистого добра - как Яго в Отелло существует ради незамутненного зла, так Гонерилья и Регана в Короле Лире существуют ради чистых корысти, неблагодарности и подлости. Но для сцены, тем более для сцены современной, на общем фоне человеческой противоречивости ставить их такими не просто сложно, - допускаю, что невозможно. Хочется, поддев краем ножа верхний слой, аккуратно вспороть их по шву - было ли что-то там, на этой вязкой глубине, отчего вспыхивали эти болотные огни? Боровиков, в частности, сделал именно это. Он плеснул на этих женщин красками. (Впрочем, не на них одних, на Лира в не меньшей степени).

{more}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Точка зрения, Театр, ТРВ, Росчерком пера, Рекомендательное, Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Ваша навеки

10:20 

Сергей и Айседора, ТРВ, сцена театра Киноактера, 9 декабря.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
У меня давно не было таких противоречивых, бродящих, как виноградный сок, впечатлений от спектакля. С одной стороны, как сказала Ариана, «Это слегка отдавало безумием», с другой: хорошо, замечательно, читать: отдавало тем, что я так люблю. В сущности, или я столь люблю Виктюка и всё, что он делает, или восприятие моё уже столь искажено (а, возможно, наоборот - отточено), что некоего кричащего сумасшествия я в СиА не отметила. Скорее: это одна из самых линейных, по прямой идущих историй, рассказанных Романом Григорьевичем. Некая же поведенческая сумасшедшинка в Есенине и Дункан - ни что иное, как то самое «Не как в жизни», - эмоция, возведённая в абсолют и выраженная преувеличенным жестом, преувеличенной интонацией. Впрочем, и тут можно усомниться - есть особые люди, проявления их особенны, - и всё в Сергее и Айседоре, в двух встретившихся на сцене людях, казалось мне как раз очень органичным (за редким исключением).

{more}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Точка зрения, Росчерком пера, Театр, ТРВ, Рекомендательное, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Ваша навеки

09:27 

Оркестр мечты. Медь. 8 декабря, театр им. Ермоловой.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Одно-единственное слово - замечательно. Очень атмосферно. При всей моей любви и всём моём уважении к Меньшикову, шла не то чтобы ожидая многого - своего рода бенефис ОЕ, музыка, читка, - проходная, хоть и наверняка яркая не постановка даже, - скорее растяженный перформанс. По итогам: яркая - не то слово. Идеальная для ведущих анализаторов - зрительного и слухового - вещь. Прекрасное владение пространством сцены, изумительные свет и цвет, детали костюмов, реквизита, да хоть бы и расположения музыкантов. Прекрасная музыка, но, впрочем, судить мне сложно, ибо я не слишком музыкальна (так же как и не кинематографична) и могу довольствоваться малым в исполнении, меня задевают лишь отдельные, в сердцевину мишени попадающие вещи.

Но в Меди - чудесное сочетание визуальной и музыкальной составляющей. Талантливейшие, виртуозные музыканты, в игре которых - что видно даже такому дилетанту, как я - ни грамма механической сухости, и не по одному только требованию самого спектакля-спектакля ли - от них просто исходит волнами молодая творческая энергетика, и ловить её в зале - чувство совершенно прекрасное (эти барабанщики, огни же чудо чудное). Я, к слову, всегда была - ещё и при общей немузыкальности - довольно равнодушна к духовым, за исключением классического джазового саксофона и флейты, которая не может не околдовывать в принципе, - но здесь, в частности, медь меня проняла. И, конечно, Олег Евгеньевич - со всеми его шероховатостями, сбивками, заглушенными окончаниями. Его спасают две вещи: то, что он - это он, а Меньшикову многое прощаешь с маху, и то, что ты лелеешь мысль, будто в этом есть концепт. Впрочем, космического обаяния этого человека и его умения держать зал (а так же чего-то очень человеческого в этих шероховатостях) ничто не отменяет.

Очень порадовали мой глаз Дружинин (это всё отголоски вашей любви, сотоварищи) и - господи, как, когда, почему, почто - Татаренков. Ну ходячая же милота этот человек (и с хореографией у него всё более чем в порядке - замечательно изящен). В общем и целом, чудесно для двух вечерних часов. Лирично, живо и очаровательно. Текстово - очень обо всех нас, по сути, - настолько, что очень уж хочется сразу в свои мечты поверить, сняв с них ярлык фантастичности.

Людей, разговаривающих в полный голос, по пятнадцать минут ищущих в вещах номерок во время действия, одевающихся и раздевающихся, шуршащих и шелестящих, - особенно если всё это делают одни и те же люди, - мне по-прежнему хочется убивать маникюрными ножницами с особой изощренностью. За исключением пары таких, сидевших прямо по правую руку от меня, зал был очень положительный.

@темы: Точка зрения, Театр, Росчерком пера, Рекомендательное, Олег Евгеньевич, Гармонизируй и агонизируй, Men, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

11:46 

Белка, театр на Малой Бронной, 4 декабря.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Бесшабашные, бесстрашные и бессмертные». Какой частый мотив - то, что именно это отличает людей - как класс живых существ, как чувствующих, как дышащих. Мы проживаем каждую минуту так, словно она последняя, потому что ни на секунду не забываем, что смертны, - вот он, парадокс. Впрочем, когда и кого это спасало, когда и кому помогало? Это не помогло ни Мите, ни Кеше, ни Жоре, ни даже таинственному ...ию (с - око отдам в залог - автобиографическим именем автора, ибо такие вещи - всегда автобиографичны). Наше бессмертие никогда нас не спасает, нас всё равно убивает и убивают - не потому ли, что именно бессмертные беспечны? - убивают время, обстоятельства, слова, жесты - или их отсутствие (как убил Митю страх жизни среди кошмара живого бытия - лучше не жить! - и как убила его смерть до жизни; как убили Иннокентия слова любимой женщины - да побойся бога, нет не боящихся смерти - и безумие матери; как убил Георгия отказ от себя, отречение от нутряного). Нас убивают - но в этом-то, возможно, и состоит главная наша награда. Высший дар. Есть - чем - жертвовать.

Людям больно - глубже, чем зверям. Белка - спектакль о том, что людям - больно. Потому что они люди.

{more}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Точка зрения, Театр, Росчерком пера, Рекомендательное, Лэнгдон раскачивал полку, Жизненное, Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство

14:22 

Почтигород, театр на Малой Бронной, 29 ноября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Во время просмотра этого спектакля и после него хочется идти по улице и, задрав голову, по-детски щурясь от падающих сверху снежинок (ощущая себя в декорациях спектакля, то есть - сопричастной), напевать что-то вроде «... Чтобы найти кого-то могу весь мир я обойти», идти и думать же: я землю обойду, всю землю обойду. Но что интересно: Он (Тот Самый, Который «Он» с заглавных) всё-таки - по меткому выражению Эйнштейна - не играет в кости со Вселенной. Он может затейливо тасовать колоду из нас, но редко издевается (так как Он всё же логично выше этого) - и потому тех, ради кого мы собираемся обходить землю, обычно помещает рядом, в зоне досягаемости. Буквально в шаговой доступности. Наша на Него злость - следствие общечеловеческой дальнозоркости (лучше видим вдали, чем вблизи, хотя часто не видим ни так, ни эдак).

Почтигород авторства Джона Кариани и постановки театра на МБ - об этом. Офтальмологический, прямо скажем, спектакль - о людях, не видящих простого и/или очевидного, о людях, замечающих главное слишком поздно или не под тем углом, о людях, у которых не на том фокусируется взгляд. А ещё - и это главное - Почтигород спектакль-терапия (больше: спектакль-хирургия) в отношении этого. По итогам у героев всех девяти историй раскрываются глаза. Изображение фокусируется на сетчатке. Вот же она, та, которую ты одну любить и сможешь. Вот же он, тот, кто будет любить тебя не больше жизни, а - устойчивее и крепче - т.е. как саму жизнь. Почтигород - это девять коротких историй в одной пьесе, девять диалогов о любви - где-то на синем, бело-голубоватом, ночном и звёздном фоне выдуманного северного городка, девять диалогов, произнесённых одномоментно вечером пятницы вымышленного же (ибо вне времени) дня.

{more}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Точка зрения, Театр, Росчерком пера, Рекомендательное, Мысли вслух, Лэнгдон раскачивал полку, Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй

12:11 

Служанки, сцена театра Киноактера, 27 ноября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Вчера я пообещала себе начать пост о спектакле этим предложением не о спектакле, а давши слово - держи, поэтому: если ещё хоть одна некультурная мерзость при мне пошуршит на любом следующем спектакле обёрткой от конфеты или начнёт говорить по мобильному, я буду подходить и убивать маникюрными ножницами, точным уколом в сердце. Уровень уважение к актёрским: энергии, времени, силе, отдаче у некоторой части зрительской аудитории до оскорбительного нулевой. Это уничтожает меня, предельно расходится с моей картиной мира. Хорошо, не нравится спектакль. Раздражают актёры. Недовоспитали родители. Но можно проявить хоть каплю уважения если не к чужому труду, то к театру как явлению. Но нет. Маникюрные ножницы. При этом большие молодцы они - без сбивки!

И сразу: мы с Джорджем, как всегда, смотрели по ощущениям два разных спектаклях, а потому предупреждаю сразу: всё ниженаписанное будет самым махровым имхо. Перво-наперво - Солдаткин. В марте будет два года его Клер - и в эти два года (о чем я ему вчера ничтоже сумняшеся и сообщила) можно наблюдать бешеную, феерическую динамику (вчера еле сдержалась - всё время хотелось сказать ему: шаманскую; мысленно била себя по губам: это бозинское слово, Мора, бозинское и Бозину!). Динамика яркая, по возрастанию. То, что я так люблю, то, что так ценно - работа над собою (работа - в принципе). О, как я вчера на служебке чертила в воздухе руками эти параболы Александру. С его Клер опадает шелуха. Уходит всё лишнее. При всём обилии страстей и безумий, Клер становится - страстно же, трогательно и безумно лаконична. Тот - так протаскивающий нас - «свой» голос, ушедшие лишние жесты, ушедшая вывернуто-чувственная томность. Клер живая, простая, сильная - Клер тёмный омут - Клер и её спрятанные на самой, самой глубине демоны. Не полновластные, как демоны её сестры, но более роковые, чем те. В самом конце щелкающие внутри неё пальцами, чтобы завершить игру и освободить их обеих - слабую Клер, ставшую сильной, сильную Соланж, ставшую слабой.

{more}

@темы: ТРВ, Men, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Театр, Тайна любви сильнее тайны смерти (с), Росчерком пера, Песнь Песней, Менестрель боя и песни, Лэнгдон раскачивал полку, Дыши, бобёр, дыши, Друзья, Диалоги, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Влюбленное, Ваша навеки

11:49 

Да, хорошо, это очередное «Я-не-могу-не».

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
А посему я оставляю здесь этот чудный, чудный капс из Plunkett & Macleane, а сама с чистой совестью ухожу дебютировать в приготовлении творожной запеканки.


@темы: Men, Гармонизируй и агонизируй, Дыши, бобёр, дыши, Ей всё можно, она в шубе., Кино, Лэнгдон раскачивал полку, Рекомендательное, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

11:01 

Nine 1/2 weeks.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Все люди как люди, смотрят Девять с половиной недель ради легендарного стриптиза в исполнении Ким Бесинджер, но в моём случае можно вытравить девочку из психолога, нельзя - психолога из девочки. Вчера ввечеру наконец-то посмотрела этот фильм целиком, а не отрывками, и: уже практически мифологизированная сексуальная составляющая для меня оказалась не на втором даже, на седьмом, десятом плане (что не отменяет почти шаманской чувственной смелости фильма). Что зацепило прежде и сильнее прочего - лаконично - это фильм о вовремя остановленной деструкции личности. Так цепко крючок вошел в глотку именно потому, что тема накрепко переплетённых эроса и тонатоса в последнее время вообще не даёт мне покоя, а в 9 1/2 weeks они спаяны, как сиамские близнецы, неразрывно.

Складывающиеся между этим мужчиной и этой женщиной отношения - это радикал в первую очередь разрушительный и лишь потом - частично благотворно-созидательный. И дело не в требованиях, просьбах, принимаемых или не принимаемых правилах сексуальных игр. В отношении сексуальности все действия, как ни странно, находятся сугубо в пределах нормы - если не идеальной и социальной, то индивидуальной так уж точно (да и о какой социальной норме может идти речь, когда мы изнутри запираем двери своих спален). Речь прежде всего об эмоциональной, психологической стороне. Джон - классический доминатор и манипулятор, Элизабет - классическая подчиняющаяся. Как и в любых подобных отношениях, далее дело было лишь в том, насколько одна из сторон готова подчиниться. Бывает идеальная спайка, ключ-замок полного совпадения, сила и слабость, плюс на минус - и тогда оба получают желаемое. Здесь же была граница.

{***}

@темы: Men, Women, А ларчик просто открывался, Гармонизируй и агонизируй, Кино, Маркером по кафелю, Мысли вслух, Отношения, Психология, Росчерком пера, Точка зрения, Фрейд бы плакал, Экзистенциальное мировоззрение муравья., Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

13:20 

Несравненная, ТРВ, сцена театра им. Моссовета, 28 октября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Не прошло и полутора недель, как я дописала отзыв (лучше поздно, чем, - ну, вы помните). Прежде, чем о конкретных элементах спектакля, - о режиссуре Романа Григорьевича вообще (помимо самого важного замечания о том, что я влюблена в неё беззаветно). Виктюк играет с теми спичками, с которыми никто (исходя из следования негласным правилам) больше по преимуществу играть не рискует. Взять хотя бы эту - из актёров на сцене выстроенную - четвёртую, пятую, шестую стену. С конца XIX века, т.е. с началом расцвета современного театра режиссёры в панике отказались от патриархальной модели игры лицом к зрителю, от прямой декламации в зал. Бытовой театр реалистичности ради ушел от этого почти совсем (за исключением моментов необходимых). РГ берёт негласно запретное и возводит в превосходную степень - до гротеска того уровня, когда понятия естественности и неестественности исчезают. Саломея (суд - более остального), R&J, Коварство и Любовь, Несравненная (кричаще!) - это выстраивание в линию. Разговор со зрителем? Скорее нет, чем да, потому что в этом нет заигрывания и куда больше отчужденности от зала, чем стремления к нему.

«Чтобы не как в жизни, не надо как жизни!» - как-то передала телезрителям канала «Вот!» Погорелова слова Виктюка. Линия - это более, чем всё остальное, «не как в жизни». Так много слов оттого, что в Несравненной эта игровая модель просто бросается в глаза. При этом она настолько филигранно нарочита, что ты можешь только одно: восторженно выдохнуть любимое и всеобъемлющее «Концепт!..»

Это же относится к пресловутому «черному заднику», от которого театр то уходил, то возвращался к нему (новое старое открытие Станиславского - чистый черный задник!), то вновь уходил, теперь возвращается снова (я не говорю о театре намеренно осовремененном и авангардном, там черный задник - одна из основ). Виктюк же, не поддаваясь веянием, использовал его от случая к случаю, добавляя лишь детали, и о боже, как же мне это нравится. К слову о сценографии: да, я фанат Владимира Боера как художника-постановщика, что не тайна, но бога ради, визуалистика, которую он создаёт, практически всегда гениальна в своей простоте и при этом символичности.

{more}

@темы: Эстетика, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Точка зрения, Театр, Тайна любви сильнее тайны смерти (с), ТРВ, События, Росчерком пера, Менестрель боя и песни, Лэнгдон раскачивал полку, Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Воспоминания, Влюбленное, Ваша навеки

17:46 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Мне неловко приписывать к имени этой женщины guilty pleasure, хоть по социальным меркам это, вероятно, и так. Но всё неважно, я просто положу здесь эту фотографию. От стрел и от чар.


@темы: Women, А ларчик просто открывался, Влюбленное, Гармонизируй и агонизируй, Дыши, бобёр, дыши, Ей всё можно, она в шубе., Сбившийся вектор направления, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

17:11 

Цветы для Элджернона, РАМТ, 25 октября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Вот так, с места в карьер, сразу о человеке: Максим Керин, щепкинец двенадцатого года выпуска, - нечто почти феноменальное. К черту фап, ко всем чертям излюбленный фанатский радикал, - глядя на него на сцене воешь внутренне – громко, надрывно – от того, насколько до страшного восхитительно он играет. Хочется запереть Керина в угловой комнате самой высокой башни и запретить когда-либо играть ещё что-либо – чтобы не раздарился, не растратился, не выдохся. Абсурдное, иррациональное, на уровне животных инстинктов восхищенное желание спрятать это под стеклянным колпаком, пусть такое и не укрыть стеклом.

Сложнее всего играть уход от нормы – физической, психической, бытовой. Поэтому самая высокая актёрская работа – играть больных, умалишенных, голодных, тех, в чьём состоянии ты никогда не был. Грань слишком зыбка, слишком тонка, четверть шага в сторону – оступ, падение. Максим Керин на сцене не делает и десятой этого шага. Я люблю роман Киза и боялась за главного героя, за воплощение – и ни на секунду не почувствовала хотя бы тени от тени разочарования. Притом, что актёрская работа в ЦдЭ – это работа тяжелая. Чарли постоянно бросает от эмоции к эмоции – и актёру приходится следовать за ним, поминутно из умственно отсталого перевоплощаясь в почти гения, из безобидного ребёнка – в агрессивного взрослого, от нежности ласкового щенка переходя к обретению человеком себя в минотавровом лабиринте жизни. Это так же необыкновенно сложный спектакль – психофизически. Он требует напряжения тела, умения перебросить его из состояния в состояние на уровне соматики в полном соответствии с внутренним ощущение себя. Нервная система должна три с половиной часа сходить с ума. Я не понимаю, как после этого можно стоять на сцене живым.

{more}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Точка зрения, Театр, Рекомендательное, Высокое искусство, Men

09:36 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Посмотрели мы с Джорджем в Центре документального кино неплохой фильм «Рудольф Нуреев. Мятежный демон». Всё же моё отношение к этому гениальному танцовщику иногда поражает меня саму - я не могу сказать, что люблю Нуреева (по личностям уже - или давно - историческим тоже можно практически фанатеть, любить живо, но РН для меня - не совсем тот случай; так я люблю, например, Барышникова - чуть-чуть лёгкого фангёрлинга). Мне многое в нём не нравится, но с теми, кого любишь, недостатки принимаешь, в них влюбляешься - тоже; в недостатки Нуреева, хоть они и столь же филигранны, мне влюбляться не хочется. Но есть одно, собственно, огромное «Но». Я всё равно интересуюсь им - до восхищенно-уважительного преклонения. Смотрю о. Читаю о. Как говорится, ловлю контент. Просто, думается мне, есть люди настолько гениальные, что уровень их таланта, их вклад не в сферу деятельности даже, - в человечество как таковое столь велик, что всё остальное уходит не на второй даже, тридесятый план.

Есть, впрочем, многие вещи, которые мне в нём нравятся страстно: перфекционизм, трудоголизм, стремление к жесткой дисциплине, сплошное преодоление себя, а, главное, твёрдое следование своей судьбе, знание её. Этого нам, девяти десятым, не хватает категорически. Судьбу знают, возможно, лишь богом меченные.

Конкретно о фильме: добротно подобранный, но слегка, на мой пристрастный вкус, поверхностный материал. Впрочем, я понимаю, что вместить в час сорок всю жизнь и всю ширь такого человека было нельзя. Очень порадовала минута про Эрика Брюна: «Рудольф увидел его и подумал, сколь многому ещё надо учиться»; мы с Джорджем в голос: «Ну да, именно это он и подумал первым делом», впрочем, здесь уже наш RPS, если по чести - Нуреев действительно одномоментно влюбился в танец и пластику Брюна, но, опять же, Брюн - это девять лет жизни, это Лондонский королевский балет - и всего минута упоминаний меня царапнула. Умилило замалчивание болезни: «Рудольф был болен» - рефрен второй половины фильма, но о том, чем, тактично умалчивается (а был это СПИД). Андрис Лиепа, поначалу какой-то неуместно-неподходящий, с середины фильма стал вписываться в роль ведущего до удивительного приятного. Здесь помогло, думаю, то, что с какого-то момента пошли его личные воспоминания об, некая примесь его личного отношения влилась в повествование. В общем и целом, фильм вообще сделан с большой любовь и уважением.

{***}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Точка зрения, Росчерком пера, Кино, Высокое искусство, Men

09:23 

lock Доступ к записи ограничен

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
13:56 

Это просто. Будет. Здесь.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
А именно - я, теперь самочинно обнимающая Бозина на постоянной основе. Тешусь мыслью, что ласковый психиатр Дмитрий Станиславович уже привык. И да, мне всё ещё немного неловко, но совсем чуть-чуть.

07.10.2013 в 09:26
Пишет Katrusia:

Понедельнег. Утро
<...> Ну и я тогда добавлю красоты в этот мир обнимашкаме Моры и Дмитрия Станиславовича.


URL записи

@темы: Ваша навеки, Влюбленное, Гармонизируй и агонизируй, Дыши, бобёр, дыши, Копилка., Лэнгдон раскачивал полку, Менестрель боя и песни, Утащенное, Фотографии, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

15:58 

Король-Арлекин, сцена театра Киноактёра, 4 октября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Всё-таки по неким причинам я очень люблю этот спектакль. И если в случае с Саломеей, например, могу определить, почему меня так тянет, какие жилки рвёт внутри, могу вычленить темы, то в КА это получается хуже. Джордж шепнул мне вчера, что «это спектакль о бабской глупости» - и, может быть, дело в этом (как ни странно). В том, что мы понимаем, что потеряли, лишь потеряв. В том, что все мы лишь играем роли - одну, другую, третью - и не всегда в сценарии прописаны спасительные диалоги. В том, что любовь - это удел сильных (частый мотив у Виктюка), а союз власти и творчества взаимно смертоносно-удушлив.

Мне нравится в КА и вся визуальная сторона - цвет, свет, костюмы, пластика (хореография кажется нарочитой лишь при первом просмотре, после читаешь язык тела, как текст с листа). И, разумеется, идеальная сыгранность. Точка в центре мишени, в которую Роман Григорьевич метко попадает в девяти случаях из десяти - гениальная актёрская спайка, даже когда происходят замены. Бозин-Соляных, Бозин-Неведров, Дзюба-Бозин, Карпушина-Мотырёв, Карпушина-Бозин, то, как умеет взаимодействовать блистательная Погорелова, etc. Люди, идеально совпадающие друг с другом. КА - немножко колдовское зелье в котле под плотно прикрытой крышкой. Обилие эмоций. Любовь, ревность, дружба, месть, власть, попытки бегства от себя, потеря, обретение, - в нём есть всё.

{много букв}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Целевая аудитория альпийской соли, Театр, Тайна любви сильнее тайны смерти (с), Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Менестрель боя и песни, Лэнгдон раскачивал полку, Копилка., Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Влюбленное, Ваша навеки, Women, Men

09:33 

День цитат из Джорджа, начатый в твиттере, продолжается.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
— Докатились, - говорит Мора, - Раньше в Питер на Виктюка ездили, а теперь на Ипатку. - Но тут же открещивается, будто кто-то мог заподозрить: - Ничего не знаю, я еду потусить и пообниматься с Полянским.
Спектакль? Какой еще спектакль? ©

Но я и правда еду обниматься с Полянским [нечитаемое выражение лица].

@темы: "У них там целый этот... бомонд!", Диалоги, Котики и котфанду, Планы, Театр, Утащенное, Целевая аудитория альпийской соли, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете

14:34 

Палата №6, театр на Малой Бронной, 17 сентября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Можно благоговеть перед умом Толстого. Восхищаться изяществом Пушкина. Ценить нравственные поиски Достоевского. Юмор Гоголя. И так далее. Однако похожим быть хочется только на Чехова», - писал Довлатов. Даже при том условии, что я - адепт Достоевского и Булгакова - с Сергеем Донатовичем не совсем согласна, - да: Чехов был чем-то особенным в русской литературе, из ряда вон (и является таковым до сих пор). И так же умел это особенное, осеннее, чуткое - давать смех сквозь слёзы. Особый, русский, если угодно, смех - смех жутковатой меланхолии, глубинной, от многих поколений до унаследованной тоски. Человек в футляре, Степь, Палата №6 - вещи предельно менталитетные и в этом - предельно гениальные (и страшные). Одним словом, вы поняли: я люблю Чехова. Следовательно, мне очень хотелось, чтобы очередная постановка по Антону Павловичу не разочаровала.

Что ещё интереснее: в замечательности этой постановки была уверена заранее. Будем честны: я вообще нежно люблю театр на Малой Бронной и его труппу; голомазовская молодежь ведь прекрасна (а для любви, к слову, много и не надо). Вероятно, всё впечатление от можно выразит в твите того вечера: плакать на Чехове, когда все смеются, - это особое состояние души. Дима Сердюк - Громов его - живыми слезами плакал на сцене, стегая словами о том, что Христос в саду Гефсиманском не разумел и не смирялся, он просил Отца, чтобы его минула чаша сия, - и я плакала с ним вместе. Нет ничего более искреннего и хлёсткого в русской литературе о русской же интеллигенции, чем этот громовский монолог. В этом - безжалостность Чехова, и прежде всего его безжалостность к себе, так прекрасно инсценированная.

{more}

@темы: Men, Ваша навеки, Влюбленное, Высокое искусство, Гармонизируй и агонизируй, Дыши, бобёр, дыши, Рекомендательное, Театр, Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Эстетика

12:23 

Давай займёмся сексом, сцена театра Содружества актёров Таганки, 11 сентября.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Не прошло и двух недель, в сущности-то, как я решила написать о спектакле. Пожалуй, оправдывает только то, что пост будет и не о спектакле даже, а о том, что - благодаря ему - вторую неделю тасуется, как карты в колоде, в моей голове.

Люди катастрофически одиноки. Вот такое невесёлое начало, но, увы, это правда. Люди, приходящие в мир в одиночку и так же - в одиночку - уходящие - весь путь проходят тоже одни. Может повезти - и одиночество будет многолюдным или - тем, по Фромму, им осуждаемым - одиночеством вдвоём, но всё-таки оно будет (как «Но всё-таки она вертится!»), потому что - неизбежность. И кто бы и что бы ни говорил - спектакль Театра Романа Виктюка «Давай займёмся сексом» - об этом. О катастрофическом, глубже прочего, одиночестве людей. В меня ударила этим сразу, в давно увиденных отрывочных сценах на ТВ Мастера, с первого полного просмотра прошлым летом. При просмотре последнем мысль закрепилась окончательно.

Вся суть спектакля, будто раскрытый веер, на котором стал виден рисунок, - в последнем монологе Медсестры (божественная Погорелова!). Заразность сумасшествия и ещё более безумный мир за стенами больницы, те же таблетки и вымышленные жизни пациентов, полностью противоположные правде, - всё это гимн топкому, липкому, пластилиновому, обволакивающему одиночеству. Мир полон попыток сбежать от него - и люди в этой пьесе бегут, как и во что умеют. Местом побега они выбирают секс.

{more}

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Экзистенциальное мировоззрение муравья., Точка зрения, Театр, Тайна любви сильнее тайны смерти (с), Росчерком пера, Рекомендательное, Польская диаспора, клан Басё и театр назаров, Мысли вслух, Дыши, бобёр, дыши, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, А ларчик просто открывался

23:06 

Без объяснений. Просто - вместо тысячи слов.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©

День темнотут.

главная