• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: рефлексия (список заголовков)
17:49 

Про ангст на новом костре.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Все, кто знает меня больше месяца, знают и: можно вытравить девочку из ангстера, но нельзя - ангстера из девочки. В любых, даже самых радужных фандомах, у меня все и всегда отчаивались, хоронились заживо, страдали (причем «страдание» - термин предельно плюшевый), и, вероятно, я даже по Винни-Пуху могу написать текст, где герои будут расставаться навеки, но не забывать, умирать, галлюцинировать и вообще предельно клинично сходить с ума. Больше драмы, больше боли, где мои любимые спички с ароматом трагедии. Но вот что удивительно: в U.N.C.L.E. мне до обескураживания не хочется писать ангст.

Как читатель ловлю его мелкой сетью, собираю по крупицам, обмираю в комментариях, так солидаризирую авторам, что волна моей любви и моей благодарности должна просто ударно относить их от мониторов. Но у самой просто не поднимается рука - и это при богатейшей-то базе, при репрессированном отце и Эдиповом комплексе в канонном анамнезе Ильи. Более того, я даже начинала текст, где должны были фигурировать кромешный мрак, детские травмы, насилие, проституция, все дела. Отличный сюжет, перетекающий в прочувствованный харт-комфорт. И вот я села, написала два картонных абзаца, поняла, что эмоционально меня вставляет очень, а фикрайтерски - вообще никак.

Как фикрайтеру мне хочется только одного - романтичного флаффа с целованием рук и вальсом «Мой ласковый и нежный зверь» на фоне (исполняют Габи Теллер и Александр Уэйверли, причем Уэйверли в моей голове почему-то ударяет в треугольник). Здесь - что я очень хорошо отслеживаю, стоит отдать себе должное - у меня срабатывают личные защиты, перенос такой мощной силы, что он просто стопорит моё главное - читать: ангстерское - альтер-эго. К Илье мне хочется подойти, обхватить его, сидящего, руками, прижать светлую (во всех отношениях) голову к своему животу и, гладя по волосам, чуть раскачиваться, баюкая, и шептать: всё будет хорошо, всё уже хорошо. Только это. Никакой боли. Интуитивное знание: уже хватило.

Нео- и просто фрейдисты могли бы в этом плане сделать на мне карьеру, конечно.

Это к чему. Хожу тут, понимаете ли, по анкл-соо, рассказываю всем, какой я кошмарный ангстер, а сама строчу лирику и плачу пахнущими сладковатой ванилью слезами в клавиатуру. Шик, блеск, красота, дожила на старости лет.

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Фикрайтерское, Фандомное, Ум за разум, Сбившийся вектор направления, Рефлексия, Мысли вслух, The Man from U.N.C.L.E., Not my division.

21:49 

lock Доступ к записи ограничен

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
22:41 

Доступ к записи ограничен

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
09:18 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Полярность собственных установок (вернее, попыток задать себе оные), знаете ли, сокрушает. Вечерами меня всю жизнь бросает по волнам, штормит. Кажется, что я живу какой-то не такой, бедной жизнью, что любой быт - это временное и пустое (не пей вина, Гертруда), что нужно творить и гореть, любить кого-нибудь тоже очень нужно, просто жизненно необходимо, и объекты для этого сразу находятся, хочется идти и говорить кому-то (иногда очень четко определённому кому-то) «Мне без тебя плохо». Некто тянет из тела жилы, невидимый и огромный, и думается, что всё очень плохо, куда ни взгляни, а важны только творчество и чувства.

Но утро вечера мудренее. По утрам весь этот многоцветный мираж, клубок эмоций, опрометчивости и неудовлетворённости растворяется. Утро - рассудочное время рационального раскладывания по полочкам, когда, фыркая, отмахиваешься ото всех вечерних горений и говоришь себе: надо уже, наконец, успокоиться, избавиться от надуманных эмоций, спокойно работать и вести дом, ни о чём больше не думать, любовей и горений на пустом месте (каких бы то ни было) не искать и мирно существовать день ото дня; это кажется таким правильным и привлекательным, что сейчас, набивая пост, именно в это я и верю. Вечера будят искусственные боли.

Лабильная психика неврастенички-райтера против рационала. Середина как-то выпадает. Причем, говоря «Я думаю» или «Мне кажется», не преувеличиваю; я действительно трачу на этот разбор определённое количество вечернего и утреннего времени, когда мысли изо дня в день идут, как пони, по кругу, и так было всегда. По сути, это просто одна большая неоконченная (имеющая ли вообще конец?) викторина «Что мне делать со своей жизнью, если меня всё устраивает, однако что-то, наверное, таки не устраивает?»

Но затем в какой-то момент между, всё же очень устав от себя, садишься на краешек дивана, опускаешь лапки на колени и думаешь: ГХАСПОООДЬ. Ну и, собственно, больше ничего не думаешь, потому что это единственное, на что себя хватает. А пресловутое «Как трудно быть девочкой» все знают и так.

@темы: Я не я и космические лучи не мои, Утро в нарнийской деревне, Улицы ждут своих героев, Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Такой вот забавный зверек, Сбившийся вектор направления, Рефлексия, На круги своя, Мысли вслух, Миссис Хадсон унесла мой череп, Маргарин идей, Артист Саша крутится на стуле

19:40 

Имхо №n.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Поговорим ещё немного обо мне. Или об истории. Или обо мне и истории. По сути, это, кажется, очень красноречивая вещь: я всегда буду выбирать прошлое, которое привлекает меня гораздо больше настоящего и уж тем паче пугающего будущего. Здесь соединяются, связываясь узлом, сразу много критериев, но суть вот в чём: любой специфике я предпочту историческую (здравствуй, несостоявшийся истфак). Даже выбирая среди фильмов, сериалов и книг, буду априори выбирать костюмные драмы и исторические романы. Прошлое - не скучное, и иногда меня поражает это мнение с чужих уст. Прошлое - это не просто что, не просто совокупность фактов, это сложное, цветистое, многогранное, логичное и одновременно абсурдное переплетение как, зачем и почему. В нём никогда нет ясности, а вернее же - любая ясность индивидуальна, всегда можно выбрать, во что верить, в какой флёр окутать объективные данности. Оно очаровательно и грязно, красиво и омерзительно, беспристрастно и предвзято.

Мне даже всё равно, о чем именно мы говорим - можно начинать античностью, а заканчивать шестидесятыми годами XX века; всё это будет одинаково интересно, потому что уже было, а то, что было, в числе прочего, - не страшно. Тонкая разница: прошлое может пугать (как пугают военная история, Варфоломеевская ночь, летопись ГУЛАГа), но оно не выбивает из колеи, этим выгодно отличаясь от будущего, потому что любое «Действие происходит в недалёком будущем» и любой постапокалипсис вгоняют меня в дрожь или оторопь; я не хочу думать о будущем, это вакуум, хаос, пустота, там нет почвы, к дьяволу, там вообще ещё ничего нет. История же - почва во плоти. Едва ли не каждое десятилетие каждого века - отдельный маленький мир со своей спецификой и атрибутами, баталиями, персоналиями, бытом, модой, решениями. Огромный мир, развёрнутый назад. Колдовство.

Кстати, грешу, говоря «Мне всё равно, о чём»; нет, мне не совсем всё равно. Так можно и в переселение душ начать верить, но существует исторический период - довольно короткий - с которым я чувствую больную, надрывную, нервическую, почти истероидного характера связь. Шутки о «Господь на век ошибся с моим рождением» актуальны до смешного; эта первая четверть XX-го, крах империи, Гражданская (страшнейшая для меня!) война - они проходятся по мне скальпелем в Y-образном разрезе, который будет кровоточить всегда, не перестанет вовеки, потому что слёзы и сжатые челюсти - это тот единственный жалкий минимум, которым я могу заплатить тому невозвратимому времени (ничтожно мало).

Как итог: вместо любого сай-фая и любой чеканной, стекляно-металлической современности, - свечной или керосиновый огонёк где-то там, где меня никогда не будет, там, где так много неразгаданного и целый ворох истин. Где есть всё, кроме материальности, но материальность - и история это как раз доказывает чётко - прах и пепел, проходящее. Всё уходит. Только память остаётся. И в моей черепной коробке это - прямое доказательство её неоспоримой, единственно стоящей ценности.

@темы: А ларчик просто открывался, История, Мысли вслух, Рефлексия, Росчерком пера, Такой вот забавный зверек, Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Экзистенциальное мировоззрение муравья.

03:09 

Part 3. Об отношении к отношениям (не забывайте, что с вами говорит ангстер).

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Столько постов уже было на эту тему, что все авторши романов серии «Арлекин» (опасаюсь, что она там всю жизнь была одна) уже давно тихо задыхаются от зависти, но тут недавно случился катализатор. Мы с А. загудели в ночь с прошлой пятницы на субботу (её бросил жених, у меня просто всё плохо), и вот в пятом часу утра, утанцевавшиеся до боли в мышцах, лежим мы, потягиваем скотч (шотландский виски лучше ирландского, аминь) и А. вдруг, глядя в белый потолок, решительно спрашивает у меня: «Ты семью вообще хочешь?»

Это было неприятно. Как кровь из пальца, если тебе пять лет. Если не пять - тоже.

Пила бы - подавилась. Но своё я, благо, уже выпила до. «Так вот какое я создаю впечатление, да?» - как-то искренне, болезненно оскорбилась я, будто любимая А. назвала меня ущербной, горбатой, увечной. «Конечно, хочу! Когда-нибудь. Не сейчас. Детей - хочу точно, года через три-четыре. Мужа - тоже. Или... не знаю. Семью. Без половой принадлежности». А. - честная, она мой Штирль для Доста, тут же прямолинейно сообщивший, что по мне, в общем-то, незаметно, что я хочу семью, ибо ничего не делаю для её создания, никого не ищу, не стараюсь. Мы заговорили о том, почему не ищу, и пришли к моему - в двадцать три года - очень инфантильному оправданию: я слишком люблю своё личное пространство. Нет, это даже слабо сказано. Так люблю свои увлечения, свои занятия, свой образ и график, свой режим жизни, что на данном этапе никого не согласна в него внедрять. Так люблю себя и своё устоявшееся бытие, что прежде всего требую от человека одного - чтобы он уважал мои личные время и пространство и не претендовал на них. В моей жизни была всего пара человек, которым я разрешила бы этот режим и порядок изменить (изменила бы ради них), нарушить, перевернуть, но их любила безответно, и в этом-то, вероятно, был весь секрет - безответные любови были для моего образа жизни безопасны, ничем ему не угрожали.

По сути, это очень подростковое требование, родом из неотжитого пубертата: оставь мне мою территорию. С другой стороны, это исконно интровертное требование. С третьей, ни один из тех, на ком я была по-настоящему завязана, не ответил мне полной взаимностью, и, следовательно, я не знаю, как вела бы себя в отношениях с ними. Но на данный момент времени могу сказать: не понимаю растворения друг в друге, не понимаю уделения друг другу каждой минуты свободного времени (а как же личное? интересы? творчество? познание?), я хочу прежде всего, чтобы тот, с кем я буду, уважал моё пространство и мои требования, а я взамен буду уважает его - всецело. Вот это для меня - отношения. Будь собою, но дай и мне взамен быть собой тоже - и все будут счастливы. Я там, где и когда считаю нужным, ты - аналогично. Отношения - это подстраивание друг под друга и компромисс? Да, бесспорно, разумеется, конечно, то же я ответила и А. Но на данном этапе всё-таки больше люблю свой круг интересов, свою зону комфорта, поэтому хочу свободы, а не соглашений.

Вероятно, именно поэтому я сегодня, приняв на грудь, смело, как истребитель, выдала пулемётную очередь речи о том, что детей - безусловно, хочу (я и А. так сказала), мужа - нет. На что мои давно прошедшие огонь, воду и Сталинград жизни за стеной родители ответили: окей, мы так и думали, это нормально, ничего, рожай, сами вырастим.

Понимаете, о чём на самом деле этот пост? (Забудьте абзацы выше). Он о том, что девочка хочет любви, но не хочет любви (с). Мне просто нужен кто-то, кто станет этой любовью. Он же может стать и реальным человеком для жизни, но это - вовсе не обязательно (скорее всего этого и не случится, чувства не всегда равны жизни, да почти никогда не равны, чего уж). Хочу любить (а для меня любить - пылать, жертвовать себя кому-то, отдаваться к чертям собачьим с потрохами, гореть) или хочу терпеливого(ую) того, кто просто будет держать меня за руку крепко-накрепко во время всех моих истерик, метаний, любовей и говорить: «Ну тебя к дьяволу, я никуда не уйду, я буду с тобой всегда, делай, что хочешь, бушуй, пылай, кусайся, плачь, всё равно отгоришь им (ею), а я останусь. Возгорайся паранойей, ненавидь меня, сомневайся, уходи, бросай, - останусь. Я буду ждать. Дотерплю. Докажу тебе, что постоянство - есть, что людям нужно не просто взаимное потребление». Но это идеал, да? Мираж, иллюзия, шизоидная галлюцинация. Таких сильных не бывает, просто не случается. Поэтому у меня всегда и будут - вырастая из любви к личному пространству - классически невзаимные чувства и случайные связи. И то, и другое - удобно и безопасно. Безопаснее только идеальный и терпеливый(ая), но то ведь фантазия.

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Чувства и чувствительность, Хьюстон, у нас проблема, Фрейд бы плакал, Ум за разум, Улицы ждут своих героев, Такой вот забавный зверек, Сбившийся вектор направления, Росчерком пера, Рефлексия, Полуночное, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Отношения, Не секс, не драгс, почти что рок-н-ролл, Наблюдения, На круги своя, Мысли вслух, Миссис Хадсон унесла мой череп, Маргарин идей, Жизненное, Ей всё можно, она в шубе., Дьяволиада, Артист Саша крутится на стуле, А ларчик просто открывался

23:37 

Part 2. А теперь о коронном «охудожествлении реальности», ставшем мемом.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Однажды мы сидели в какой-то сушильне - я, Джордж, Линец и Юнкер, и тут зашла речь о моих твитах. А я тот ещё судорожный твиттераст, которому нужно фиксироваь каждый мало-мальски примечательный диалог и каждое мимолётное событие. Помнится, речь об этом заходила и раньше, но отчётливо я помню именно тот разговор, потому, возможно, накладываю их друг на друга. Возлюбленные девы сказали мне: ты, мол, искажаешь реплики, записываешь их не так, как они были произнесены, часто привираешь. На что я ответила: «Но так же лучше». Возникла пауза. А потом прозвучало: «Мы думали, что у тебя просто плохая память». «Нет, я делаю реальность более художественной».

Так возникла шутка, которую я сама люблю воспроизводить, почти горжусь ею: «Мора опять охудожествляет реальность». Ко всему можно отнести. От написания поста до соскребания варенья с чизкейка.

В этом вся суть. У меня хорошая память. Но многие диалоги и события в своём описании звучат лучше в несколько видоизменённом, отшлифованном или утрированном виде, и я не считаю, что это дурно. Реальность - плоская, жестокая, серо-коричневая, местами убогая, местами никакая, местами беспросветная. Она нуждается в том, чтобы быть лучше, ярче, острее, искромётнее. Как ответила мне на это однажды Аня: «Да, Мора, реальность должна. Всем должна. Мне должна, вам должна, только Барду не должна, у него уже есть Трандуил, куда красивее». Реальность должна быть красивее, понимаете? Но она не красива. Поэтому в своём личном мире, в рамках собственного восприятия я делаю её такой. Убираю лишнее из диалогов, глаже складываю фразы, порой меняю порядок слов, чтобы получилось художественнее, чтобы вышло что-то блестящее, по-настоящему достойное записи, а для меня, как ударенного головой райтера, жизнь равняется записи, вторая и создаёт первую. Искажение ли это? Конечно, в некоторой степени. Но искажение на благо, почти никогда не меняющее сути, но меняющее форму, ибо форма - важна, форма - всё. Это я готова отстаивать хоть на эшафоте. Неважно, что. Важно, как. Аминь. Реальность - бедна. Так нужно делать её богаче силой своих способностей, воображения, умений. Тогда она заиграет, как бриллиант на свету. На этом строятся история, литература, все искусства, все архетипы человеческого бессознательного.

На минуту: сейчас в комментарии может придти множество осенённых высшим светом людей, которые, обретя дзен, сообщат мне, что реальность ярка, прекрасна, многогранна, светла, что вокруг - океан хорошего, доброго и красивого, надо только открыть, наконец, глаза. Сразу: я верю вам. Я верю, что вы всё это видите, верю, что так и есть, правда, это не сарказм, клянусь. Но уверуйте на секунду и вы в параллельность вселенных, в то, что реальность, которую вижу я, гораздо более нищая и вязкая, в ней тесно, плохо, душно, низко. Нет правильной и неправильной реальности, по сути - нет ни вашей, ни моей, - есть лишь ваш и мой взгляд на реальность. Вот мой - он таков. И я всячески стараюсь улучшить его, как умею. Через придание «красивости». Через то, что иногда пытаюсь говорить, как драматургические героини - и так же заставляю говорить людей вокруг. Через то, что придаю бытовым событиям инфернальный символизм. Жизнь - бедная (снова сноска: в моём восприятии), ей не хватает писательского, книжного (не стесняюсь и не избегаю термина) охудожествления. Да, в своём максимализме я заявляю: не книги должны быть похожими на жизнь, жизнь - на книги, это взаимный симбиоз, одно порождает другое и зависит от него неизбежно, неизбывно. Упаси Бог, не пропагандирую, лишь сообщаю: для меня - так. Для вас - иначе. Это здорово, будем жить в мире.

By the way: читала тут на днях статью на какой-то - простите, не вспомню, какой - фильм Вырыпаева, встретила там фразу: «Его герои говорят не как люди, а как в пьесе» - и подумала: какая разница? а что плохого? Почему нет? Если так не говорят в реальности Вася и Клава из соседнего двора, то пусть говорят хоть в кино, кто-то же должен так говорить, должен обязательно. Я люблю, когда говорят, как в пьесе, я вобще люблю, когда всё так, как в пьесе, если бы могла, то, как в известном спектакле, просто жила бы «В пространстве Теннеси У.». Реальность и быт, жизнь и действительность не додают нам, не додают мне. Не додают мне Достоевского, Теннеси У., Булгакова, абсурдистов, вычурных драматургов современности. При этом заметьте: я не отстаиваю красоту как высокий штиль, я как раз люблю грязь (прямо-таки как в одноимённом фильме с МакЭвоем), люблю трэш, жетскач, изврат, самое больное и глубинное в людях, но: каким же эстетичным, красивым всё это умеет быть! Таким оно и должно быть в жизни. Жизнь, на самом деле, не такая? Знаю. Поэтому и делаю её - такой. Потому что она не дотягивает до моих критериев художественности.

Любить - так как у Фёдора Михайловича, как у Куприна в Гранатовом браслете. Идти к цели - так как у Толкиена. Погибать от бессмысленности, так как у Сартра. И никак иначе. Они создали мою реальность, реальность создала их, - уже нельзя разделить.

По сути, то, о чём я здесь распинаюсь - чистой воды декадентство. Это не проповедь и не мораль, потому так нажимаю на личные местоимения. Это лишь объяснение своей позиции, чтобы не возникало вопросов конкретно ко мне. Вымышленная, эстетизированная, болезненно напряженная, обострённая, фантазийная реальность для меня дороже и лучше реальности имеющейся (заметьте: она не менее, если не более, реальна). У меня был большой соблазн закрыть пост от комментариев, ибо предчувствую, что люди придут спорить и укорять меня в зашоренности и инфантилизме, но потому и решила: нет, всё сказала, объяснила, что это лишь частная точка зрения, и спорить не хочу. Реальность нужно охудожествлять. Так жажду жить. Но я не заставляю жить так других. Лишь в самом ближайшем круге ищу тех, кто: 1) будет разделять это (есть); 2) будет, наоборот, заземлять меня (есть).

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Фрейд бы плакал, Ум за разум, Точка зрения, Такой вот забавный зверек, Росчерком пера, Рефлексия, Полуночное, Остальное йога и каннабис., На круги своя, Мысли вслух, Миссис Хадсон унесла мой череп, Маркером по кафелю, Маргарин идей, Жизненное, Ей всё можно, она в шубе., Артист Саша крутится на стуле, А ларчик просто открывался

22:04 

Три вещи, которые никто не хотел обо мне знать.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
У меня есть что-то вроде серии задуманных постов - мысли и идеи, писать о которых лень, откладывается, но хотелось бы. О своих недостатках, об охудожествлении реальности (обязательном в моей вселенной), о любви и отношении к отношениям, о Достоевском против Толстого (снова, в энный раз), об истории (кто тут когда-то хотел на истфак?). Но всё это регулярно откладывается. Поэтому в данную минуту я решила, что хоть один настрочить всё же надо, и начну с первого в списке. По сути, если уж браться писать пост о своих недостатках, то он должен содержать приблизительно сто сорок восемь пунктов в хаотическом порядке, но здесь и сейчас - фанфары, тимпаны, барабаны - будет список из трёх вещей, которых я наиболее в себе стыжусь на данный момент времени. Аттракцион невиданной щедрости.

1. Лень. И это не абстракция. Я действительно предельно ленивый человек. Не люблю работать (хотя если работаю, то, как и положено человеку с комплексом отличницы, праведно и на износ, что сильно давит) и не люблю общаться с людьми (слишком энергозатратно). Вообще мечтаю о том, чтобы государство выплачивало мне пособие за то, что я сижу дома, пью ирландский кофе, пишу, читаю и смотрю кино. Так могу жить неделями и месяцами, проверено. Всё остальное - жестокая вынужденность, ибо надо же что-то есть, на что-то ходить в театр и покупать книги. Я типичный потребитель чужого информационно-творческого потока, терпеть не могу телодвижения, хоть какое-то подобие активности, и хоть и создаю свой поток, но всё же в обществе культа трудоголизма этого недостаточно, а сказать об - стыдно.

2. У меня некоторые проблемы с алкоголем. Которые я проблемами, кстати, не считаю. Первое: алкоголь нужен мне, чтобы общаться. Был в моей жизни период, когда пару-тройку недель я вообще не выходила из дома, не выпив предварительно рюмку водки (университет, четвёртый курс). Иначе просто не могла заставить себя выйти из комнаты, не совершив ошибку, идти по улице, коммуницировать с людьми. Потом прошло, но модель осталась - алкоголь до сих пор мой главный катализатор общения, никогда ещё мне не бывает так легко и хорошо говорить, как с его помощью. Второе - алкоголь равняется творчеству. В какой-то момент жизни вывела, что лучше всего пишется в состоянии легчайшего опьянения. Два-три бокала вина, пара бокалов виски, пара рюмок коньяка - и слова льются сами, руки набивают текст быстрее, чем успеваешь его проговаривать, нет понятия о том, как надо и не надо, сознание свободно, вольно, раскрепощено, ничем не зашорено, правила не мешают, речь текуча. С того момента я иногда пью преднамеренно, специально - чтобы суметь писать. Мои не самые трезвые тексты - мои лучшие тексты. В них нет трезвой тяжести. Это очень трусливый способ разрушения барьеров между сознанием и бессознательным, но я ничем не могу заменить ту лёгкость, которую он даёт. Впрочем, ни в первом, ни во втором случаях нельзя перебарщивать, это непреложный закон, иначе не сможешь ни говорить, ни писать, а важным является не само состояние, но его результат. Впрочем, если перебор и случается, то непреднамеренно.

3. У меня есть некоторые расстройства пищевого поведения, но вот об этом вы точно не хотите знать, а я - говорить.

Дополнительным пунктом могло бы быть моё отношение к отношениям, но это тема отдельного поста.

@темы: Я, Экзистенциальное мировоззрение муравья., Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Сбившийся вектор направления, Росчерком пера, Рефлексия, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Остальное йога и каннабис., Мысли вслух, Миссис Хадсон унесла мой череп, Маргарин идей, Ей всё можно, она в шубе., Бренность бытия, "А вы шьете летом?" - "Нет, я Стас Лопаткин"

10:41 

Человек с букетом комплексов ищет работу. Выписки из мед. карты.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Есть в моей жизни одна большая и особенная тема, по сути, очень анахроничная и у многих людей почти редуцировавшаяся (к их счастью). Это тема жесткого отнесения себя к тому или иному социальному классу - по статусу и уровню достатка; тема принадлежности к некой страте. Для меня она по ряду причин (привет Фрейду с его «Всё из детства») довольно рельефная и неизбывно животрепещущая. Так, к примеру, я намеренно отсекаю себя от возможности общения с некоторыми людьми, потому что ниже их по статусу, мол, куда с моим рылом - да в калашный богемный ряд.

Но сейчас не об этом, сейчас о деньгах, точнее, об уровне з/п и том, какие требования к з/п у человека с установкой девочки из рабоче-крестьянской семьи людей, заканчивавших ПТУ. Большинство хотело бы «выбиться». Я, наверное, хочу тоже, но скорее ментально, чем материально. Потому что в какой (третий? четвертый? не помню, искала ли во время попадания в рабство на кафедру), - так вот, в какой раз ищу работу, в такой и ставлю себе верхнюю границу желательной оплаты - не по потребностям и даже не по знаниям. У меня есть очень раздражающая, но очень твёрдая установка, что «такие, как я», больше некой суммы получать не должны.

А говорят: Средневековью окончилось с Колумбом. Средневековье, братцы, в извилинах мозга, не на календарях.

Есть, конечно, и фактор элементарной тактики избегания неудач, свойственной всем высокотревожным фрустрированным людям: на не самой высокой должности обещают большую (по моим меркам) з/п -> следовательно, будут много требовать -> следовательно, большая нагрузка и, возможно, нужны какие-то особые навыки, которых у меня нет и я их не освою -> не справлюсь, а, значит, нужно искать что-то проще, соответственно, «дешевле». Но вторая отшатывающая половина - это именно осознание своей принадлежности к соц. классу; не поднявшиеся до полноценного среднего больше 35.000 не получают, нужно знать своё место. При этом - sic! - я как раз искренне поддерживаю логику того, что для материального благополучия нужно не тратить меньше, а зарабатывать больше. Но это« больше» я не потяну (недостаточно хороша), а, значит, должна сидеть в своём углу. Угол удобен, безопасен. Коротко говоря, я, как всегда, всё понимаю, всем умным людям в комментариях сейчас скажу «Вы правы», но что-то всё равно изменится вряд ли. Почему? Потому что зона комфортности.

@темы: Фрейд бы плакал, Утро в нарнийской деревне, Ум за разум, Улицы ждут своих героев, Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Такой вот забавный зверек, Росчерком пера, Рефлексия, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Мысли вслух, Маркером по кафелю, Лытдыбр, Arbeiten, arbeiten и ещё раз arbeiten.

13:19 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Тема моей любви к извинениям в последнее время всплывает очень часто; не счесть, сколько раз люди - самые разные, иногда очень эмоционально значимые - говорили мне «Хватит/прекрати извиняться». А недавно был нажат ещё один тумблер - и я задумалась о том, что это, откуда это - данная цепочка непрекращающихся, неиссякаемых «Прости, пожалуйста» и «Я очень извиняюсь». Разумеется, это белая этика. Это достовское - и просто характерологическое, даже меланхолически-темпераментальное - представление о вежливости, которую не вытравить даже скипидаром, о вежливости очень своеобразной, с лёгким мазохистическим душком. Но, прежде всего, это представление о том, что извинения от меня к человеку обязательны по одной простой причине:

Извинения требует сам факт моего проникновения в чью-то жизнь. Модель: где-то есть человек. Он занят или не занят, он работает или не работает, отдыхает или не отдыхает, что бы он ни делал, он живёт своей жизнью, её ровным каждодневным течением, не предусматривающим меня, и тут-то возникаю я - с письмом, сообщением, обращением, звонком, визитом, просьбой, напоминанием, вещью, как Бог на душу положит. То есть, иглой прокалываюсь в ткань чьего-то быта-бытия. Проникаю инородным телом в течение чужой жизни. Это - внедрение чужеродного тела. => Это отвлекает. => Это требует того, чтобы было попрошено прощение.

Речь не идёт о таких обычных, самих собою разумеющихся вещах, как извиниться за то, что наступила на ногу или не сделала то, о чём просили, - это бытовые, прагматического толка вещи, там извинение - такт, они обязательны беспрекословно. Но мы возвращаемся к ситуациям, описанным выше. К навязыванию себя, своих слов, прошений, действий другим. Потому что в моей вселенной любое появление меня в чьей-то жизни представляет собой именно навязывание, докучливость - и должно быть извинено. При этом здесь - те же двойные стандарты, то есть, я, распространяя этот принцип на себя, вовсе не распространяю его на других.

Но чем дольше длится знакомство, чем чаще я разговариваю с конкретным человеком, тем больше и регулярнее, по логике, извиняюсь. Дело не в том, что извинения эти теряют ценность (для меня - не теряют), дело в том, что это надоедает людям, становится неловким, зудит, вязнет на зубах. Я понимаю это очень хорошо, трезво, отчетливо. К тому же, на неком этапе это начинает или казаться кокетством (не является - им - никогда), или выглядеть жалко. Но не-извинение для меня - в личной психической системе координат - непростительный грех наглости. И вот так, выбирая из двух зол - выглядеть жалко или выглядеть хамкой - я неизменно выбираю первое. В принципе, при любом выборе, где есть этот вариант, выбираю его, потому что эта шкурка жалкой - она привычная, по плечу, по мерочке, нигде не жмёт. Хотя и нет - это знаю тоже - ничего более антипривлекательного, чем она.

Эту тягу просить прощение за факт себя надо или искоренять, солью засеивая, или просить окружающих: позвольте мне быть такой, мне это нужно, закрывайте на это глаза. И первый вариант - коли в меру - куда более психологически здоровый.

@темы: Я, Экзистенциальное мировоззрение муравья., Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Такой вот забавный зверек, Рефлексия, Остальное йога и каннабис., Мысли вслух, Жизненное, А ларчик просто открывался

11:39 

Обо мне любимой.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Внезапно, как говорят мои девочки с работы, «психанула» - и заказала на Озоне целый блок книг по писательскому мастерству (Роберт Макки на моей книжной полке тоскует в одиночестве). Видимо, вчера на книжной ярмарке слишком долго держала в руках Психологию для сценаристов - некая пыльца сквозь поры попала в кровь и ушла напрямую в мозг. Впрочем, это была бы успокоительная неправда, всё началось гораздо раньше. Приблизительно тогда, когда я поняла, что писать, как бы громко ни звучало, - это то, чем я хочу заниматься в этой жизни, а занимаюсь почему-то чем угодно, но только не этим. И вот тогда запустился один из моих самых мощных внутриличностных конфликтов, замешанный на сопротивлении небывалой мощи.

«Меня ничему не надо учить». Эта уверенность присуща всем людям вообще - раз, в той или иной мере присуща всем так называемым творческим людям - два, определённо присуща мне - три. Чистый, незамутнённый эгоизм, основанный на вере в то, что всё необходимое дадено свыше, а обучение только разрушит то немногое, что я уже могу и умею, поменяет ориентиры, посбивает верстовые столбы, исказит. Зачем кто-то будет учить меня построению сюжета, даже малое дитя знает, как строить сюжет. Зачем учить меня диалогам, нет ничего проще диалога. Зачем учить меня прописывать характеры, я что, по-вашему, не знаю характеры своих героев?

На самом деле, я абсолютно не умею вести сюжет, до дрожи боюсь диалогов, почти всегда откровенно сливаю характеры и ничего не смыслю в поддержании напряженной атмосферы. Но свято верю, что первоначальных способностей и набивания руки достаточно для того, чтобы с этим справиться. Однако рассудочно хорошо понимаю: неправда. Это - вопросы техники, даже схемотехники и математики текста, а этому необходимо учиться, нравится мне это или нет (нет). 33,3% - бесспорно, способности; ничего не будет без искры, существующей априорно. 33,3% - чистое набивание руки, выработка навыка, тренировка. Но ещё 33,3% - теория и та самая схемотехника. Этой последней трети мне не хватает катастрофически.

***

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Фикрайтерское, Улицы ждут своих героев, Росчерком пера, Рефлексия, Мысли вслух, Маркером по кафелю, А ларчик просто открывался

09:05 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
И-и-и главная тема последнего года - моя воображаемая недоличная недожизнь - снова в эфире нашей весёлой радиостанции.

Подумалось вдруг, что моя страсть к мужчинам (да и не только мужчинам) определённого типа (и типажа как такового, и рода занятий, и уровня одаренности) рано или поздно неминуемо рискует превратиться в конвейер по поиску кандидатуры. Цель стать «Неистовой жрицей, жаждущей послужить гению» ©, при этом творчески самореализовавшись за счёт черпаемого из кого-то вдохновения, сподвигнет на прямой, откровенный, исключительно деловой поиск варианта. Подбор.

И ничего дурного в этом, в сущности, нет - к печали или радости.

Есть только одна небольшая побочная проблема. Для таких эмоциональных наркоманов и мазохистов, как я, для девочек с цветаевским «Любовь узнаю по боли всего тела вдоль», вытатуированным полужирным прямо на лбу, - так вот, для таких стукнутых подобная благословенная простота усложняется тем, что: я же не смогу не влюбляться. Буду влюбляться. И буду делать это так, как умею - а это то немногое, что я очень хорошо, почти профессионально умею - влюбляться, как расшибаются о стену, как корабли в щепки бьются о скалы, как падают с высоты, - до одного лишь мокрого места, без шанса на ответность, потому и выбираются те, с кем она априорно ирреальна. Так было-будет раз, и другой, и третий, и четвертый, а невозможно жить подобным образом на постоянной основе. Выжигание, раздаривание себя, - опасность выдохнуться на первом, втором, третьем так уж точно. Выдохнуться и перегореть. Обнулиться.

Почему, by the way, я не рассматриваю возможность того, что мне повезёт сразу, быстрее, до«Было тело, хотело жить, // Жить не хочет»? Потому что закономерность уже намечена. И потому что это же я. Как говорит А., ласково и сожалеюще улыбаясь: «Победитель по жизни».

На самом деле, всё окей, вообще-то. Мысли вслух.

@темы: Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Такой вот забавный зверек, Рефлексия, Остальное йога и каннабис., Настроение, Мысли вслух, Личное, А ларчик просто открывался, Утро в нарнийской деревне, Фрейд бы плакал, Хьюстон, у нас проблема, Экзистенциальное мировоззрение муравья.

09:33 

Старая песня о главном.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Самые точные, кристаллизованные мысли приходят в голову по принципу «Маркером по кафелю» - в самых неожиданных местах. Например, в очереди за колой в кассу Макдональдса, когда у нас с Джорджем снова прорезывается этот извечный, непрекращающийся рефрен «Надо уже влюбиться в реального мужика!» - и у меня срывается почти случайное, а оттого совершенно искреннее и слегка пугающее по своей сути «Я уже не могу влюбляться в реальных!». После в диалоге это сливается у меня с «Потому что нет их, где они, все давно заняты, разобраны ещё щенками», но на самом деле я очень четко осознаю: как бы мне ни хотелось самообмана, я хорошо понимаю, что между «Не могу» и мнимой причиной «Потому что их нет» - пропасть. Никакого прямого соприкосновения. Первое не следствие второго.

По чести: я не могу потому, что избалована выдуманными мужчинами. Выдуманными - ибо не включенными в мою жизнь в практическом плане. Они существуют где-то, ходят, делают, говорят, живут вне меня. Они реальны сами по себе и реальны для своего круга, но я - не в их кругу, я влюбляюсь и грежу на расстоянии, влюбляюсь в образы - полумифологические - и потому они, как ни крути, на- и выдуманы. Потому что любить недоступных, во-первых, удобно (боль внутренняя, но не практическая), а во-вторых - красиво (книжно, драматургично), что с моей любовью к красивым жестам и чувствам определяет очень многое.

***

@темы: А ларчик просто открывался, Миссис Хадсон унесла мой череп, Мысли вслух, Отношения, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Рефлексия, Росчерком пера, Сбившийся вектор направления, Такой вот забавный зверек, Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Улицы ждут своих героев, Фрейд бы плакал, Чувства и чувствительность, Экзистенциальное мировоззрение муравья.

08:56 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
О эти неожиданные утренние философские приходы по пути на работу.

По сути, отсутствие чисто черного и чисто белого - избитая истина. Но дело даже не в том, что нет абсолютов, дело в том, что черное и белое перетекает друг в друга. Нет совершенного (только) созидания и совершенного (только) разрушения. Как в позднем периоде индуизма: триединство творца Брахмы, охранителя Вишну и разрушителя Шивы. Всё слито. Разрушение может обернуться созиданием, созидание - закончиться разрушением (по принципу «благих намерений»).

Ту же картину (и здесь снова о больном) мы наблюдаем и в человеческих отношениях. Никогда нельзя заранее сказать о человеке «С ним я погибну» или «С ним я спасусь», даже если какой-то из этих прогнозов кажется очевидным. Разумеется, присутствует возможность того, что та или иная перспектива будет более вероятна, но лишь более или менее, относительные величины. Там, где хотелось найти рубцовку ран, можно будет найти только новый ушиб, там, куда сознательно шла расщепляться, можно обрести мощнейший стимул - творческий ли, нет ли.

Другими словами, «хорошо» и «плохо» - не абсолюты на разных концах континуума. По сути, континуума как такового нет вообще, это - не линия. Вернее же, эту линию и этот континуум необходимо изогнуть и свести вместе его концы, чтобы получить окружность, змею, кусающую себя за хвост, то есть - цикл. Цикличность, возможно, спираль, но не линейность блага или вреда.

И вам доброго утра [рукалицо].

@темы: Бренность бытия, Маргарин идей, Маркером по кафелю, Мысли вслух, Отношения, Рефлексия, Росчерком пера, Точка зрения, Философия между строк

09:11 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Буддистская логика довольства настоящим моментом, тем, что есть сейчас и тем, что вообще есть, - логика, актуальная лишь для благоприятных моментов. Она хороша, когда всё хорошо. Когда принятие не вызывает усилия и конфликта с собой. Но тогда, когда что-то выбивается из наших воздушно-замковых планов и розовых мечтаний, эта логика отметается. В каждом живёт капризный эгоист, ребёнок трёх лет, знающий только одно важное слово - «Хочу». Легко и приятно принимать действительность и довольствоваться малым, когда всё нравится и складывается удачно; стократ сложнее, когда что-то не так. И проходить это испытание на веру в мудрость жизни - не для слабонервных и не для слабоверных.
Я - слабоверная. Я никогда не прохожу испытаний.
В минуту, когда действительность начинает расходиться с тем, что я себе нафантазировала, во мне просыпается уязвленное отчаяние человека, которому ничего не обещали, но который почему-то ждал (а это вообще очень по-людски). И логика довольства малым начинает казаться нищенской. Почему я должно довольствоваться тем, что есть? Я хочу довольствоваться тем, чего хочу. Неужели то, что есть сейчас, это всё, чего я заслуживаю? Обидная мысль. Маловато.
Тихий голос внутри шепчет: подумай хорошенько, то, что есть сейчас, это вдесятеро больше того, о чем ты ещё год назад могла только несмело грезить, у тебя непомерный аппетит. Но с ним спорит иной голос, деловито парирующий: и что? За год, два, три всё изменилось, жизнь изменилась, обстоятельства изменились, я изменилась; жизнь не статична, она - динамика, она идёт вперёд, она требует развития и роста. То, что год назад сошло бы за космическое счастье, сейчас кажется почти подаянием. Нельзя застывать на точке прошлых амбиций.
Здесь просыпается гордость - это ведь её голос - непомерная общечеловеческая и ещё более непомерная женская, граничащая с гордыней (а это вовсе не тот грех, который с заглавное - и на вес золота или крови). Это - когда хочется пить, петь и бороться, то есть - идти в бой, это - когда опрометчиво шепчешь адресату, не говоря вслух: ты не найдёшь для себя никого лучше меня, не разбрасывайся! А то подберут другие.
Разбрасываться особо нечем - да и не подберёт никто, кому оно надо. Но - непомерность гордости! Там, где просыпается она, умирает благочестивое смирение. Там, где просыпается злость на себя, умирает принятие действительности со всеми её локальными радостями.
Это всплеск, вскоре я снова, как это и бывает обыкновенно, остыну, успокоюсь, выдохну, вспомню, что грешно роптать за мелочи на мироздание, и без того давшее мне немало, и вновь начну думать: счастье уже одно то, что [и здесь подставится нужное]. Я забуду, что мне хочется гораздо большего.
Забуду туманно, размыто, на время. До следующего, почти беспричинного всплеска самовластной женской гордости, которая скажет: смирение - никогда - никого - ни к чему - не приводило.
Только к новому беличьему кругу глубоко подкожной тоски.
Просто некоторые умеют философски окрасить эту тоску в мудрость принятия. Я, кажется, не умею. Надолго не умею так уж точно.

@темы: Девочка, девушка, женщина, Мысли вслух, На круги своя, Песнь Песней, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Рефлексия, Росчерком пера, Точка зрения, Утро в нарнийской деревне, Фрейд бы плакал, Чувства и чувствительность

10:33 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Это должен был быть пост о творчестве (бугагашечки), а будет снова о родном, о девичьем. В тему того, что «Я же как столько лет умудряюсь любить человека: тишь, а потом сообщение от получила - и Полозкова на две недели. Лично увидела - и Цветаева на два месяца». Понимаете, дорогие, я ведь как аквариумная рыбка, кажется: люблю, пока вижу, слышу или читаю, а как только объект уходит из сенсорного поля - вроде бы и утихает эта тоненько звенящая боль (так, чтобы не болело, не бывает вовсе). Я не забываю - о нет, было бы слишком хорошо. Я просто успокаиваюсь. Но стоит потом хоть одному случайному слову прорваться сквозь завесу - хоть звуку! хоть упоминанию - и плотину разносит в мелкую щепь, и снова сны, и снова имя (заклинание - заклание), и снова звон. «Сейчас всё ок, - говорю вчера Джорджу, - вообще ровно, но если увижу - будут два часа истерики». В этом вся я. Здравствуйте, меня зовут Мора, для меня всё каждый раз, как в первый день влюблённости.

А теперь, пожалуй, и о другом. Так всегда: увидимся мы с другом моим Джорджем, погогочем, распугаем цивилизованных людей в радиусе километра, пофантонируем о театре, недоличной недожизни, битниках, экзистенциалистах и сексологических исследованиях, а потом что-то западёт в голову крепко-накрепко - и вытянется важная ниточка.

— ... Ну, мне-то уже поздно что-либо из себя делать, а у вас с Линцом ещё есть шанс что-то оставить после себя. Битники вон как раз в двадцать с чем-то лет начинали. Но это по-любому должно быть связано с театром.
— А, то есть, новую пьесу мне всё-таки писать?

{***}

@темы: Фикрайтерское, Утро в нарнийской деревне, Улицы ждут своих героев, Сбившийся вектор направления, Рефлексия, Отношения, Личное, Жизненное, Друзья, А ларчик просто открывался

16:25 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Пост номер NN о том, почему мне не везёт в личной жизни, в частности, с мужчинами (с не мужчинами не везёт тоже, но тут уж - всё познаётся в сравнении). Первопричину «Я боюсь мужчин» (а так же её производное «И не знаю, как вести себя с ними») мы сейчас снимаем, как априорную, - вопрос не в базисе, в надстройке. Надстройка включает, в том числе, требование, надобу, запрос на то, что именно нужно, чего женщина идёт у мужчины просить, и вот моя проблема в том, что:

Я прошу жалости.

Все мои чувства к мужчинам, весь опыт влюблённостей в строился на «Спаси-помоги-выведи-пожалей-или-добей-уж». Я изначально и безысходно прошу милосердия, как подаяния. Что уже говорит об отсутствии у меня самодостаточности, гордости и прочих прекрасных внутренних категорий. Я никогда не буду равной тому, к кому иду, потому что изначально - как просящая - уже этим прошением ставлю себя на ступень ниже. Что, согласитесь, жалко, не вдохновляет, не воодушевляет и уж тем паче не возбуждает. Из той породы женщин, у которых взгляды пнутых под живот собак: «Пожалей! Приласкай! Хоть одну бы кость - да с твоего стола! Больше - не - надо».

«Больше не надо» - позиция изначально принижающая, то есть - проигрышная. Жалобящих жалеют, в лучшем случае брезгливо гладят разок по шерстке, но потом отталкивают ногой, что логично. Надо прекратить влюбляться, делая фундаментом это «Ну хоть пожалей меня, если другого дать не можешь». Иначе ничего - никогда - ни с кем - так и не получится. Формировать запрос, не прося, а предлагая равенство. Господи, как женщины это делают.

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Чувства и чувствительность, Хьюстон, у нас проблема, Такой вот забавный зверек, Рефлексия, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Отношения, Миссис Хадсон унесла мой череп, Личное, Жизненное

09:05 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Всегда отстаивала многогранность и лабильность женской психики, но, боже, как же иногда надоедает женщиной быть (читать - чего уж там - девочкой). Эти треклятые парадоксы. Ходишь и внутренне воешь, как попавший в капкан подранок: поговорите со мной! Поговорите со мной об этом хоть кто-нибудь! При этом ты молчишь - сама, при этом ты ни с кем не хочешь об этом говорить (моё, личное, выговоренностью - не отдам), при этом ты богишься слов реакции более всего на свете. Но всё же внутреннего воя это не убавляет. Как надоели эти взаимоисключающие, эмоциогенные, нервичные вещи. Как я иногда хочу быть человеком с эмоциональным диапазоном чайной ложки - чтобы спокойно спать, не просыпаясь от мнимого сигнала смс, чтобы ровно дышать и стоять на твёрдых ногах, чтобы удобоваримо формулировать и никогда, никогда ничего себе не придумывать, обнадеживаясь, - главное: чтобы сохранять самоуважение.

Но, да, это уже сфера мазохизма: сладость унижения. Впрочем, я не о том, речь ведь шла о парадоксах, о «Поговорить!» - при невозможности и неком половинчатом нежелании этого же.

Боже, мне просто нужен кофе. И мозги, но тут уже сложнее.

@темы: Фрейд бы плакал, Утро в нарнийской деревне, Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Такой вот забавный зверек, Сладчайшая докука (с), Рефлексия, Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Перманентное кабуки, Мысли вслух, Девочка, девушка, женщина

13:51 

Пост, который мне не следует писать.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Два столпа отношений: 1) взаимность; 2) всепринятие. Первая вариативна, второе - безусловно.

Взаимность допускает разницу. Общеизвестное «Один всегда любит больше» реализуется в семи случаях из десяти, но: каково оно, это «больше»? Переводя в сухую математику, какой процент допустим? Один, пять, десять, двадцать, тридцать? Думаю, до границы красивых 33-х%. До границы в треть отношения к человеку. Приближение к половине - уже гибельно; один не может любить в половину любви другого, это - трещина между людьми. Формы выражения любви могут быть разными, пути реализации - тоже, речь не об этом, речь об уровне, об интенсивности.

Чувство - и это я постулирую, так как убеждена - может приходить со временем (начнём хотя бы с того, что мне известны примеры, хоть их и минимум). Но иногда этого просто не случается. Не случается от гибельной половины уйти хотя бы к спасительной трети. Есть ли в этом чья-то вина? Бесспорно, основная - вина того, кто думает «Со временем я полюблю так, как он(а) любит меня». Потому что когда этого не происходит - начинается медленная экзекуция. Инквизиция.

Всепринятие. Без претензии на изменение человека. Без претензии на его подгонку под то, каким видишь его, каким хочешь видеть, каким хочет видеть социум, без подгонки под социальные ролевые модели и свой идеал отношений. В основе всепринятия - безусловное же понимание в базисных вещах. В деталях вы можете расходиться по разным полюсам бесконечно, но в отношении основополагающих вещей должны сходиться неоспоримо. Не потому, что это кому-то и для чего-то нужно, а потому, что только это поможет принять человека со всеми его царапинками, шелухой, бесами за левым плечом, странностями, важностями, ценностными ориентациями.

{more}

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Точка зрения, Рефлексия, Отношения, Мысли вслух, Маркером по кафелю, Люди, Горький осадок, но сахара не надо (с), А ларчик просто открывался

URL
11:35 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Своей интровертностью и соответствующей ей истощаемостью я порой почти горжусь - это что-то вроде эмоциональной выгоды от осознания того, какая ты тонкая натура. Но ровно в той же степени это раздражает - раздражает, когда меня не хватает, когда я не могу охватывать полноценный массив, огромное плато внешних стимулов из-за того, что устаю ещё где-то на уровне нулевого, не первого даже этажа. Жизнь автоматически входит в русло работа-дом, но это-то меня как раз вполне утраивает, я со своей тягой к внешней статике и упорядоченности более чем принимаю то, что не провожу где-то вечера, это даже хорошо. Изнуряет другое. Что тексты - тоже деятельность. Энергозатратный перевод из внутреннего во внешнее. Тяжелый процесс - всегда, вне зависимости от желания писать и степени любви к тем, о ком пишешь.

Для того, чтобы написать текст, мне нужно два-три дня носить его в себе, холить, лелеять, существовать только в его пространстве (никакого быта, никакой работы, ничего - это внедряется, сбивает и убивает), - внутриутробное развитие. После нужен день на написание - весь день, ибо текст в эти сутки - первичная деятельность, иной быть не может и не должно. После - ещё два-три дня на «отходняк», кефир вместо мыслей, пустую голову (ресурс потрачен => ресурс нуждается в восполнении). На данный момент это утопия, органически невозможный сценарий, который - логично - никак не вписывается график работы пять через два с девяти до шести. И когда вечером я возвращаюсь домой, у меня внутри нет наполнения для написания, потому что весь этот день и все предшествующие мысли были заняты чем-то иным.

Нельзя сесть и просто написать текст, с чистого листа, вынув его изнутри. Для этого внутри должно быть что-то (не от быта, от - цветаевским словом-противопоставлением - бытия). Я не могу писать из внутреннего ничто. И это едва ли не единственная вещь, в которой отчаянно завидую людям с более устойчивыми и сильными типами темперамента, а так же - о да - экстравертам, способным вбирать внешние стимулы, не тратясь на них, а - наоборот - подпитываясь от. Людям, которые могут вернуться с работы, приготовить ужин, собраться на работу же, покормить кота, сделать маникюр, сесть и написать шедевральный текст. Мишн импосибл в моей вселенной. Я не могу сразу, по щелчку, перейти от работы или домашнего быта к тексту, нужен адаптационный период - и не в час-полтора-два, а в день-два.

Это не то чтобы нежелание писать. Желание есть. Но не желание как активное побуждение - «Сейчас, сейчас, скорее придти домой и сесть, ибо - колкий зуд в руках», а желание - «Я должна писать, мне нужно писать, я не могу не писать - и хочу написать так много и о столь многих, но». Как мы недавно шутили - лишь с тенью шутки - с Джорджем: безвыходность и безысходность, нам в любом случае неизбежно нужны спонсоры, чтобы мы могли просто сидеть дома и: я - писать, Джордж - рисовать. Но это уже из разряда абсурдистского безумия, не утопии даже.

То, как всё обстоит сейчас, выражаясь с излишней патетикой, убивает во мне и фикрайтера, и - претенциозное, амбициозное, самолюбивое слово - прозаика в принципе, пишущего человека как такового. Больше всего я боюсь того, что это просто отомрёт во мне как увлечение юности - за невозможностью продолжения развития в эту сторону.

@темы: Жизненное, Ей всё можно, она в шубе., Бренность бытия, Маркером по кафелю, Мысли вслух, Наблюдения, Остальное йога и каннабис., Поднимите меня с пола! Поднимите и обнимите!, Рефлексия, Стресс в большом городе., Такой вот забавный зверек, Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Улицы ждут своих героев, Фикрайтерское, Экзистенциальное мировоззрение муравья.

День темнотут.

главная