Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: черным по белому (список заголовков)
23:40 

«То, любимый, я, любимый!»

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Ты — сквозь ветви, ты — сквозь вежды,
Ты — сквозь жертвы…
М.Ц.

Продолжая о театре: мне нужна Федра. Как говорится, не опять, а снова. Мне нужна Федра в этом - едва начинающемся - месяце, хотя была лишь 28-го, она нужна мне в каждом, она нужна мне регулярно, как инсулин тяжелому диабетику и героиновый демон безнадежному наркоману. Начиная с июля, с премьеры - Маринин текст в голове, не уходит, не иссякает, не заканчивается. «Тише жемчуга несомый в створках сердца... - Каб не слово!», «Палача спроси над плахой: рубит чисто, рубит с маху», лавр-орех-миндаль - безостановочно в висках, хожу и проговариваю. Чистая форма чистой зависимости.

Федра Романа Виктюка соединила для меня в одном равностороннем треугольнике три самые драгоценные вершины - Марину, Романа Григорьевича, Бозина. Золотое, белое. Мотырев и Иван Иванович. Текст, повторяемый сухими губами. То сочетание - сочетание вершин - которое могло стать или очень дурным, или совершенно прекрасным - или гибельным, или спасительным. Некто даровал вторые варианты. История любви, слишком близкой к смерти - Танатос, не отличимый от Эроса, на грани с ним, и в этом зверино чую суть: мне, лично мне, сейчас, именно сейчас, смертно необходимо из этого мрака, из боли Марины и Федры - именно Марины, именно её Федры - вытянуть ниточку надежды. Тонкую, витую, золотую Ариаднину (сестрину!) нить.

Однажды у меня уже был программный, как сценарий бытия, спектакль-надоба. Спектакль, тогда актуальный для моего нутра донельзя; спектакль о страсти, перешедшей через черту расчета и превратившейся в безумие, спектакль о болезни. Прошло время, помешательства сменилось иным - и пришла - как нельзя более кстати - возрожденная Федра. То, чем для меня сейчас является она, это вдесятеро - трижды вдесятеро - больше того, чем четыре, три, два года назад являлась для меня Саломея. Мне нужно вывести кровно-проклятую Федру из лабиринта (из круга прошлого, из истории рода, из всех предрешенностей наследия). Мне - с ней на пару - нужно найти путь и спасти нас обеих. Спектакль Романа Григорьевича, ритмика и страсть Марины что-то шепчут мне. Говорят: может быть, получится. Поэтому так нужны дозы. Кажется, я психану со своего копеечного аванса - и куплю любой оставшийся билет (двадцатые числа, сцена МТЮЗА), чтобы снова услышать это «Ипполит, Ипполит, бо-лит...»

Болит. Каждую минуту болит. Любовное счастье всегда болит, как опухоль (но впереди - свет).

@темы: Эмоционально и физически прекрасные хомяки в полете, Черным по белому, Театр, Тайна любви сильнее тайны смерти (с), Стихи, Настроение, Мысли вслух, Марина, Личное, Жизненное, Гармонизируй и агонизируй, Высокое искусство, Влюбленное, Ваша навеки

21:48 

«А завтра у тебя театра нет?» (каждодневное)

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©

В моей голове уже давно перекатывалась маленьким мягким шариком мысль начать вести театральные списки, эквивалентные книжным, но всё никак не воплощалась. Однако пасмурная погода и чудовищная мигрень - это, видимо, благословенный союз. Восстанавливаю этот год по билетам и календарю, удастся ли так же восстановить пару предыдущих - бог весть, что-то потерялось, что-то было безбилетным (включаю при этом всё - творческие вечера, читки, балет, даже цирк). Пока, себе для памяти:

Спектакли 2011:
{***}

Спектакли 2012:
{***}

Спектакли 2013:
{***}

Спектакли 2014:
{***}

Спектакли 2015:
читать дальше
35. Конармия - сцена Центра им. Мейерхольда, 24 ноября.
36. Васса - Малая Бронная, 25 ноября.
37. Жанна Д"Арк - Театр им. Пушкина, 02 декабря.
38. Бег - Театр им. Вахтангова, 26 декабря.


запись создана: 24.09.2014 в 18:18

@темы: Черным по белому, Театр, События, Для памяти, Влюбленное, Ваша навеки

21:24 

... и услышать.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
06.02.2015 в 01:02
Пишет Holy Allen:

сказать.
А потом происходит полнейший бред: попадая в ад, ты выходишь в свет, в этом свете тебя окружает мрак, ты смеешься над этим. Да будет так.

Просыпаешься утром, идешь в туман, раздаешь долги, но "ни нам, ни вам", а вокруг только монстры, их целый клан, каждый хочет убить и твердит "я сам".

Так проходит весь год и еще чуть-чуть, никого уже просто не обмануть, засыпаешь сегодня, встаешь вчера, кто-то трогает за руку - и пора.

Вы идете назад по дороге лет, и у вас на двоих есть один секрет: поражениям - нет, и победам - нет. Вы идете вдвоем, излучая свет.

И пускай все будет теперь не так, ты возьми мою руку, сожми кулак. Перекресток миров и крутой поворот - будет просто иначе. А нам везет.

URL записи

@темы: Друзья, Копилка., На круги своя, Песнь Песней, Стихи, Суровый и эстетичный фандом Бажова, Утащенное, Черным по белому

11:11 

Даже братья твои – не ты (с).

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Кася принесла стихотворение к разговору о Кэмерон и Джо, ибо оно воистину описывает, но я просто оставлю это себе, положу здесь и повою в стороне по тысяче самых разных причин.

Сколько взглядов моих не тобою подбиты влёт, скольким обручам мне наутро сжимать виски,
Сколько братьев твоих с волосами, как дикий мёд, ежедневно проходят мимо моей тоски?
Сколько их – пока ты там спокоен, далёк и нем, совершают за мной – от меня – до меня – погонь;
Сколько раз, очарованной ими, кидаться мне в тихий омут, в горячий песок, в озорной огонь?

Сколько братьям твоим играть со мной в поддавки, каждым жестом меня зазывая с собой на дно,
Сколько мне бродить просторами их колхид, сколько рейдов направить за золотым руном?
А найти – только пыль в карман да в ботинки сор, и отлить из них серебро, и другим раздать;
А вернуться – пустой кошель да горящий взор, лихорадка и бред по всей ширине листа.

Сколько их, так похожих – в профиль или анфас, – обещали и вечный приют, и спокойный сон,
Сколько их – той же масти, и роста, и цвета глаз, - сколько их меня уводило за горизонт;
Удивлялись лёгкости их надо мной побед, но ночами меня не спасали от темноты –
И вдвойне удивлялись, когда совершён побег, потому что, нет, даже братья твои – не ты.

Я живу веселее, чем табор иных цыган; если в голосе я и в духе – мне каждый рад.
У меня внутри – твоё имя о трёх слогах, у меня на постели – твой сероглазый брат.
Что за дело тебе, драгоценнейший имярек, чем, и как, и где добываю мой смех и зной?
Как бы сердце своё сохранить к золотой поре, когда ты наконец-то придёшь за мной…

© Екатерина Михайлова.

@темы: Черным по белому, Утро в нарнийской деревне, Стихи, Песнь Песней, Копилка., Высокое искусство, Ваша навеки, Библиотечные кинки

11:18 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Книги рождаются от книг. И это нормально. Этого совершенно не следует стыдиться. Не видим же мы ничего постыдного в том, что от людей рождаются люди, а болонки рождаются от болонок? Напротив, если бы человек родил болонку или болонка произвела на свет человека, мы сочли бы это невероятным курьёзом. Почему же, видя, как от одной литературы происходит другая, мы должны непременно обругать последнюю как подражательство или, того хуже, постмодернизм? Почему суровый критик и дотошный читатель требуют, чтобы литература порождалась непосредственно "жизнью"? Как они представляют себе это противоестественное зачатие? Несмненно, "жизнь" оказывает какое-то воздействие на литературу, но прямо породить её не способна ввиду существенных анатомических различий между обеими. Болонка не может породить человека, но человек может обучить болонку различным фокусам и трюкам» © Герман Садулаев, Лит. матрица, Советская Атлантида, эссе о Николае Островском.

«Однако будем беспристрастны - набор профессиональных приёмов и инструментов вообще не может быть предметом укора в подражательстве. Если хирург использует наркоз, скальпель и зажим, это не значит, что он имитирует их изобретателей, - он врачует людей, привлекая предназначенные для этого средства. Знакомство с профессиональным арсеналом/инструментарием и умение им пользоваться - это не более чем показатель квалификации специалиста, будь то художник, строитель или повар» © Павел Крусанов, там же, эссе о Борисе Пильняке.

Литература зачинается от литературы, биоматериал текста - от биоматериала текстов (всеобщей матрицы), жизнь здесь - ЭКО, вспомогательное средство. Инструментарий - не подражательство, но универсалия; важно не «не взять чужого», важно взять этот инструмент и сделать с его помощью то, от чего все - ахнут; чужого нет (матрица, помним, всеобщая). Два постулата, которые знаешь интуитивно, априорно, но всё время боишься, стесняешься их и чувствуешь дикую потребность самооправдаться, объясниться, чувствуешь свою вину и неполноценность. А потом видишь, как писатели говорят так же (притом - в разговорах о писателях), и вдруг тебя отпускает. Может быть, сразу думаешь ты, это тогда - правильно? Я не ошиблась? И за всё это - см. выше - не нужно оправдываться? Нет. Не нужно оправдываться.

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Чужие идеи своих краше, Черным по белому, Цитаты, Точка зрения, Литература, Копилка., Для памяти, Библиотечные кинки

08:41 

Прекрасное.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Прежде чем идти к тебе, я постучу в твоё окно. Ты увидишь меня в окне. Потом я войду в дверь, и ты увидишь меня в дверях. Потом я войду в твой дом, и ты узнаешь меня. И я войду в тебя, и никто, кроме тебя, не увидит и не узнает меня.
Ты увидишь меня в окне.
Ты увидишь меня в дверях»
© Даниил Хармс.

@темы: Черным по белому, Цитаты, Песнь Песней, Литература, Лирика, Копилка.

08:41 

Тема тем и боль болей.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Повсюду меня встречали с радушием, хотя меня никто не знал. Одеяние медсестры делало меня ближе к тем, кто носил военную форму; мы все жили в равных условиях и имели общие интересы.
Однажды в самом начале нашего пребывания в Инстербурге Елена, мадам Сергеева и я вышли в город за покупками. Несколько магазинчиков располагались на городской площади неподалеку от нашего госпиталя. Площадь была средоточием жизни Инстербурга. В тот день она, как обычно, была заполнена народом. Повсюду стояли повозки, прохаживались офицеры, проезжали конные связные. Когда мы проходили по площади, к нам подъехал офицер пехоты. Его конь был взмылен бешеной ездой. Он показал руку в грязной размотавшейся повязке и спросил:
— Сестрички, не найдется ли у вас бинта наложить мне свежую повязку?
У себя в сумке я нашла чистый бинт...
© Из мемуаров великой княгини Марии Павловны-младшей (за 1914, кажется, год).

Это - о том, за что я люблю эпоху (будто о голосе из прошлой жизни, ибо - чувство принадлежности). О том, почему так нежатся во мне конец XIX и самое начало XX века, о том, почему так болят - нарывая - Революция и Гражданская. Всё подобное, искренне-высокое, неподдельно-благородное - пусть отцветающее, пусть безнадежно устаревающее - было смыто волной, смыто смертно и навеки. Дальше будут подобия и пародии, но таких понятий о чести и почти сакральном уважении больше не случится с этой страной никогда.

Кстати, вы посмотрите, какая красавица была юная Мария Павловна, двоюродная сестра последнего императора:

@темы: Черным по белому, Цитаты, Росчерком пера, Песнь Песней, Люди, Копилка., Книги, История, ЖЗЛ, Гармонизируй и агонизируй

08:58 

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«А как начиналась любовь?
Через внешнее. В лице, за минуту до того чужом, играла улыбка, шутка вперемежку с умом, и глаза говорили, и была прелесть облика: линии волос, теплоты рук, аромата - или запаха - тела и дыхания. Голос. Да, голос всегда играл большую роль, и интенсивность жизни в лице. И только позже, через силу любви, познавалось мной нутро человека. И через эту любовь, как-то чудесно и мгновенно окрепшую, я приноравливалась к этому нутру, уже считая это счастьем. А до "черт характера" и "вкусов" мне никогда не было дела.
Но это внешнее ощущение "начала" не имело никакого отношения к красоте или даже привлекательности человека. И ничего не было головного во мне - ни в первом впечатлении, ни в "приспособлении" меня к другому человеку. Да, приспособление было всегда одной из женственных радостей. И я жалею тех женщин, которые ее не знают. "Приладиться" - не только не унизительно (кто выдумал эту глупость?), но необходимое условие блаженства».
© Нина Берберова, Курсив мой.

@темы: Книги, Копилка., Литература, Отношения, Песнь Песней, Цитаты, Черным по белому

17:29 

Вот оно. Нужное сейчас.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Когда я клала голову на грудь Ходасевича, за этим моим "горизонтом" ничего еще не было. Только мысль, что мы оба держимся друг за друга, - но так ли уж крепко держимся мы за этот мир? Он наверное, едва-едва: сквозь этот мир ему сквозит какой-то другой, полный бесконечного смысла, созданный им самим и его современниками, связанный с нашим миром зеркальный мир отражений, значений и реалиоры. Я держусь за жизнь, другой мир не сквозит для меня сквозь этот, я знаю, что в этом единственном мире найду все необходимые координаты. Но я знаю также, что во всякой действительности есть элемент бессмысленности, во всякой цели абсурд и в каждой цивилизации - жестокость. Но ведь природа-мать, пожалуй, еще страшнее, жесточе и бессмысленнее? Так уж лучше это, чем то!
(Да, природа-мать уже и тогда, как и теперь, мне казалась страшнее цивилизации; теперь я знаю, что она потому страшнее, что она, во-первых, детерминирована, а цивилизация - нет. А во-вторых - мы же сами часть природы, а что же может быть страшнее, и жесточе, и бессмысленнее человека? И конечно - важнее, интереснее его? Впрочем, нe есть ли и цивилизация часть природы, и весь прогресс, то есть вся наша реальность, не есть ли часть эволюции?)
Как ни грозны законы нашего общежития, нашего политического, социального, индивидуального бытия и нашего имманентного опыта, законы матери-природы еще гораздо более мощны и отвратительны. Когда я начинаю говорить об этом, Ходасевич закрывает, мне рукой глаза (жест Ангела к Товию), и во мне возникают спокойные свободные миры. И он засыпает на моем плече (этот его жест - жест Товия к Ангелу), и мне хочется взять на себя все его ночные кошмары, от которых он ночами кричит».
© Нина Берберова, Мой курсив.

@темы: А ларчик просто открывался, Для памяти, Книги, Литература, Цитаты, Черным по белому

09:09 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Поэт делается ясновидящим путём долгого, мощного и обдуманного расстройства всех чувств. Все виды любви, страдания, безумия; он ищет себя, испытывает на себе все яды, чтобы оставить от них только квинтэссенции. Это неизречённая пытка, где ему нужна вся вера, вся сверхчеловеческая сила, и он становится, ко всему прочему, великим страдальцем, великим преступником, великим проклятым и высшим Учёным! - Ибо он приходит к неведомому! Поскольку он больше, чем кто-либо, возделывает свою душу, уже богатую! Он приходит к неведомому, и когда в своём неистовстве он, наконец, теряет смысл своих видений, он их видит! И если ему суждено надорваться в своём устремлении к вещам неслыханным и не имеющим названия: придут новые труженики; они начнут с того уровня, на котором прежний поэт изнемог! <...> Словом, поэт - настоящий похититель огня» - из письма Артюра Рембо Полю Демени от 15 мая 1871.

@темы: Библиотечные кинки, Литература, Песнь Песней, Росчерком пера, Цитаты, Черным по белому, Экзистенциальное мировоззрение муравья.

13:57 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Коллега Таня, вдруг отвлекшись от монитора и повернувшись ко мне:
— Юля. Знаешь. Была лет десять... нет, меньше, но неважно, одна история. Я тогда встречалась с одним молодым человеком. Я его даже любила. Правда, очень любила. И однажды он взял и просто пропал. Исчез и неделю не появлялся. Я не находила себе места, с ума сходила, правда, с ума сходила, у меня был такой нервный срыв. А потом он появился и написал, что нам надо расстаться, вот так просто, он принял решение. Я месяца три в себя приходила, потом это кое-как улеглось, но всё же не до конца. И вот как-то иду я по улице из универа и вижу Стёпу, его лучшего друга, а мы все очень дружили. Разговорились, идём, болтаем, а я вижу, что Стёпе как-то неловко. Что, мол, не так, спрашиваю, отвлекаю, ты шел куда-то? А он мнётся. Вдруг подходим к переходу, там такой перекрёсточек, я голову поднимаю - и вижу на той стороне Андрея. У меня ноги подогнулись, в глазах потемнело - действительно потемнело, я поняла, что сейчас будет обморок, даже за Стёпу ухватилась. Понимаешь, он же всё для себя решил, а я - нет, у меня гештальт не закрыт. Стёпа очень тактичный, он сразу ушел, а у нас был разговор. Очень тяжелый. То есть, это для меня тяжелый, я ему всё, всё высказала, а ему-то пофиг. Это я к чему всё. Нам бывает плохо, но потом мы понимаем, что всё к лучшему. Идиот оказался Андрей и вёл себя ну очень некрасиво - и судьба меня от него отвела, чтоб мне не жить с ним, хотя тогда я и страдала. Вот.
Повернулась обратно и продолжила работать.

Благослови, Боже, Таню и эти истории, от которых лишь должно становиться легче.

@темы: Черным по белому, Чувства и чувствительность, Цитаты, Отношения, Люди

12:21 

Иосиф Бродский, Письмо генералу Z.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Война, Ваша Светлость, пустая игра.
Сегодня -- удача, а завтра -- дыра...»
Песнь об осаде Ла-Рошели


Генерал! Наши карты -- дерьмо. Я пас.
Север вовсе не здесь, но в Полярном Круге.
И Экватор шире, чем ваш лампас.
Потому что фронт, генерал, на Юге.
На таком расстояньи любой приказ
превращается рацией в буги-вуги.

Генерал! Ералаш перерос в бардак.
Бездорожье не даст подвести резервы
и сменить белье: простыня -- наждак;
это, знаете, действует мне на нервы.
Никогда до сих пор, полагаю, так
не был загажен алтарь Минервы.

Генерал! Мы так долго сидим в грязи,
что король червей загодя ликует,
и кукушка безмолвствует. Упаси,
впрочем, нас услыхать, как она кукует.
Я считаю, надо сказать мерси,
что противник не атакует.

{Жизнь, вероятно, не так длинна,
чтоб откладывать худшее в долгий ящик...}

@темы: Высокое искусство, Копилка., Люди, Песнь Песней, Стихи, Черным по белому

09:56 

Перечитать.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
13:09 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«... и на себя она с уверенностью могла положиться; <...> вступить в столкновение с чужой волей, попытаться подчинить ее своей стоило ей мучительнейших усилий, ибо (как это свойственно многим) ее сковывала робость и щепетильность. Она была сильной и отнюдь не робкой, когда это касалось лично ее, и всегда могла подчинить делу свои склонности, если это не противоречило ее нравственным убеждениям; но когда ей приходилось противостоять склонностям, привычкам, недостаткам других, <...> — воля ей отказывала; вот тогда-то и выступала обязательность и принуждала сникшую волю к действию. <...> Сопротивляясь мучительным для нее усилиям как-то уговорить, убедить, сдержать их, вынуждая ее прибегать к крайним мерам, они причиняли ей непомерные страдания».
© Шарлотта Бронте, Учитель.

@темы: Черным по белому, Цитаты, Тони Старк – Удивительный Человек-Ночник! (с), Такой вот забавный зверек, Книги

16:17 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«Возьми меня с собой спать, в самый сонный сон, я буду лежать очень тихо: только сердце (которое у меня — очень громкое!). Слушай, я непременно хочу проспать с тобой целую ночь — как хочешь! — иначе это будет жечь меня (тоска по тебе, спящем) до самой моей смерти».
М.Ц.

@темы: Черным по белому, Цитаты, Песнь Песней, Марина, Копилка.

09:36 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Оговорюсь сразу: я ни раза не киноман и разбираюсь в кино скорее на троечку, чем на отлично, списки вроде «200 культовых фильмов, которые в своей жизни должен посмотреть каждый» охвачены мною едва ли на 1/10. Но на этих выходных у меня в голове возникла пара любопытных мыслей, касающихся, в частности, западного, ещё конкретнее - американского кинематоргафа.

Есть смутное ощущение, что свой Золтой век - не тот, который между 30-ми и началом 50-х, а что-то вроде Золотой век - апгрейд американский кинематограф пережил где-то между 1985-м и началом нулевых двухтысячных. Примерно в это время было снято огромное количество легендарных на данный момент фильмов, но важны даже не диалектические количество и качество. В это время из кино уходят все цензовые сдерживающие механизмы, от морали с ханжеским привкусом до политической идеологии (пусть и не до конца), кино освобождается, раскрепощается, - винд оф чейндж. Но при этом ещё не успевает заламинироваться и залакироваться, стать полностью коммерциализованным и нацеленным на прибыль, чистым воплощением panem et circenses.

Та визуалистика, которую мы знаем ныне, тогда как раз эволюционировала, проходила этап становления. Сейчас она закрепилась настолько, что стала похожа на глянцевые издания - яркая, густая, сироп, желе, насыщенные цвета детских праздников на заднем дворе. Даже интеллектуальное или псевдо-таковое кино - это всё равно глянец, пусть и Эсквайр, а уж любовные истории и подавно - Космо. Сейчас ушла чуть постановочная, трогательно нарочитая, четкая, графичная, гравюрная красота кадра великих итальянских режиссёров. Период с конца восьмидесятых и до начала нулевых третьего тысячелетия был золотой серединой между всем этим. Мелодрамы ещё не были слащаво-шаблонны, семейные фильмы - идеально-лубочны. Сейчас есть невероятная, возведённая в абсолют красота картинки, нынешний американский кинематограф - пир зрительного анализатора, даже в самых «низовых» фильмах зачастую изумительная операторская работа. Внешнее поставлено на пьедестал, зелёный занавес полноправно восседает на золоченом троне.

Ещё держат оборону европейское и авторское кино (первое - когда не пытается копировать Голливуд, второе - когда не пытается встать в активную оппозицию к массовому). Но арт-хаус, мнится мне, слишком держится за самоё себя, так старается доказать себя, что он - именно арт-хаус, что в этой битве с широкопрокатным кино теряет концептуальность (какую бы то ни было) и первобытную, этакую бертоллучиевскую лиричность. Из всего этого, бесспорно, существует множество исключений, а это - лишь мои растекания мыслью по древу.

@темы: Экзистенциальное мировоззрение муравья., Черным по белому, Утро в нарнийской деревне, Точка зрения, Мысли вслух, Маркером по кафелю, Маргарин идей, Кино

10:55 

***

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Интересно: мортидо, преобладающее над либидо, танатос, преобладающий над эросом, стремление к разрушению и саморазрушению, преобладающее над энергией жизни и созиданием, - это болезнь поколения - или всё же отдельные явления? Скорее, впрочем, так: эрос и либидо сильные настолько, что становятся разрушительны, приобретают болезненный - сродни декадансу - привкус и оттенок - и начинают питать не то, что должны (почва питательная, да не для тех корней); вырастают над собою, переступая границы, и оборачиваются всеми этими: слишком сильно, слишком густо. «Слишком», вырвавшееся за свои рамки, - разрушительно априори.

@темы: Мысли вслух, Ум за разум, Суета сует, Стресс в большом городе., Черным по белому, Философия между строк, Фрейд бы плакал

12:21 

Смешно, но не смешно.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Я бы пошутила про театр абсурда, но, честное слово, никакие слова уже не описывают. «... После того как переводчик с трудом донес эти мысли до собравшихся на языке врага, Макаренко разделил людей на два противоборствующих лагеря — православных и содомитов».

upd: Нет, вы только вчитайтесь. Никаких слов уже нет: «... представляется, что в случае допущения одним из родителей ребенка сексуальных контактов с лицами своего пола, вред, который может быть нанесен психике собственного ребенка, огромен и не может измеряться Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях...»

«Исходя из этого факта и вышеизложенных доводов, настоящим законопроектом предлагается дополнить статью 69 Семейного кодекса Российской Федерации новым абзацем, в соответствии с которым, основанием для лишения родительских прав станет наличие факта нетрадиционной сексуальной ориентации родителей или одного из них».
запись создана: 04.09.2013 в 17:37

@темы: Черным по белому, Ум за разум, Ссылки, СМИ, Оглянись, Люди

13:25 

«Все это я к тому, что дети заинтересуются. Как пить дать».

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Эта тема мусолится с завидной частотой, но что делать, если она столь болезненно актуальна. Увела из ленты прекрасную ироничную статью «Почему российским детям нужно запретить смотреть Олимпиаду в Сочи».

«За соревнования фигуристов вообще страшно. Там выступает американец Джонни Вейр, известный гей. Он будет бороться за победу, а с ним начнут обсуждать "закон Мизулиной". А он, может, знать эту Мизулину не знает, видеть ее не хочет, противна она ему, но придется же с американской прямотой отвечать. Джонни Вейр из уважения к нашей стране уже сказал, что будет целовать своего мужа только в гостинице, а не на людях (придется две недели потерпеть, поскрываться), но ведь и это может стать предметом дискуссии на Играх».

Помимо статьи порадовали так же комментарии под - вроде «Соревнования по лёгкой атлетике прошли, и ничего. Все боролись только за медали, а не за чьи-то там права». Да что вы говорите. Скандалы с высказываниями Исинбаевой, дружеским поцелуем наших бегуний и радужными ногтями шведок, видимо, прошли мимо многих по-счастливому незамутнённых людей. Спорт на данном этапе не отрешить от политики - к сожалению или счастью, и вряд ли шумиха слишком уж преувеличена, давайте будем честны.

Эпичнейший комментарий «Есть законы страны, и какие бы они ни были - их нельзя нарушать. Не хотите, не езжайте» стал просто контрольным. Если завтра госдума примет законопроект о массовых прыжках с Останкинской телебашки - товарищ в обязательном порядке пойдёт прыгать? Закон же. И, боже, когда же мы уже изживём эту троглодитскую логику «Не нравится - не ездите в нашу распрекрасную страну»? Вопрос риторичен.

@темы: Этот адский пони тоже был там (с)., Черным по белому, Цитаты, Утащенное, Точка зрения, Стресс в большом городе., СМИ, Росчерком пера, Политика, Жизненное

09:30 

Дивно же.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
«То же было и с знаменитым артистом того времени Самариным, удачно дебютировавшим в драме: он был принят в труппу на амплуа молодого любовника и уже играл многие роли в репертуаре, но, одновременно с тем, продолжал изображать в балете "Царь Кандавл" бегущего по сцене льва, которого пронзают стрелой. Знаменитый артист так хорошо умирал, что не могли найти ему заместителя. Так он и продолжал играть».

«Но в том же театре были и другие методы учения. Вот, например, как поступал один из гениальнейших актеров русской сцены с молодым и уже зазнавшимся артистом, только что пришедшим в театр из школы. Они вместе играли водевиль, вся завязка которого в том, что молодой человек обронил важное письмо, из-за которого впоследствии сыр-бор загорелся. Ученик ронял письмо нарочно, не случайно!
"Еще раз! Не верю! Так не роняют! Вспомни хорошенько, как роняют любовные письма. Небось, знаешь, шалопай. Вот теперь лучше. Еще раз! Опять не верю!" -- Так он по часам добивался того, без чего не было пьесы. И вся дирекция и репертуарная контора терпеливо ждали, пока молодой артист выучится ронять письмо».

Тут мне сразу вспомнился Роман Григорьевич с дружочком-милыми-цветочками у, кажется, Олега Исаева, когда на прогон одной этой фразы ушел репетиционный день. Ащ же.

© К.С. Станиславский, Моя жизнь в искусстве.

@темы: Высокое искусство, Книги, Театр, Цитаты, Черным по белому

День темнотут.

главная