• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: черным по белому (список заголовков)
22:14 

Стихи.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Автор - Айриэн. Saint Mungo, монолог Невилла, драма.
Прятать под кат не поднимается рука.
Выразить свои впечатления и сказать пару слов автору можно здесь.

Говорить – себе самому обман,
Не услышат… и что с того?..
Знаешь, мама, там на дворе – зима,
Приближается Рождество.

Там за дверью – желтый фонарный свет.
Хлопья снега летят в стекло.
Мне в июле, мама, пятнадцать лет.
То, что было, давно прошло...

Я растяпа, мама, подарка – нет.
Я рассеянный – не отнять…
Всё равно спасибо: раз это – мне,
Может, ты узнаёшь меня?..

Знаешь, мама, там на дворе – зима,
Белый иней на фонарях..
Это я, наверно, сошел с ума -
Потому что надеюсь зря.

@темы: Песнь Песней, В цвет траура, Черным по белому

00:29 

Такие разные, и все-таки мы вместе - я и фандом.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
История того, как я "пришла" (ибо очень громко сказано) в фандом. Длинная, скучная и мало кому интересная история, где много букофф. Написанная скорее для себя под воздействием момента.
Своеобразная летописная исповедь).

читать дальше

@музыка: Time of my life.

@темы: На круги своя, Фандомное, Каллиграфия на пустые темы, Черным по белому

21:25 

Повесть о том, как Мора по книги ходила.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Книги заняли полку, на которой стоять, в теории, они вообще не должны. Но теория часто расходится с практикой, и это как раз тот случай).

Где справедливость? Справедливости нет. Ибо как в одном из самых крупных книжных магазинов города может не быть «Тихого Дона»? Что угодно – от "Лолиты" Набокова до «мемуаров» Бориса Моисеева, а Шолохова – нет. Три обшарпанных тома «Поднятой целины», и всё. Ни уже упомянутого «Тихого Дона», ни Донских рассказов. И только потом, каким-то ну просто совершеннейшим чудом, мною, на первом этаже (детская литература, ага. Рядом со стеллажами «читаем с мамой»)) было найдено ужаснейшее издание. По оформлению, типу бумаги… Но разве можно идти против судьбы? Я же упрямая, я же уперлась – в Крым с собой везу читать «Тихий Дон», и ни что другое. Вот. Пожалуйста. Вези, Мора, на здоровье, смотри не надорвись.

А на первый этаж меня, к слову, послали за Твардовским и Фадеевым. Так как выше я уже упомянула, что справедливости в этом мире нет, то, соответственно, ни фадеевского «Разгрома», ни Твардовского вообще – я там не нашла. То есть, Фадеев был. «Молодая гвардия» - это, конечно, замечательно, но не то.
«Разгром» же, к моему огромному счастью, обнаружился дома. Ну кто, кто мог знать, что эта старенькая тоненькая книжечка с потертыми алыми буквами на переплете – ни что иное, как тот самый пресловутый «Разгром»? В такие моменты, родные, я начинаю верить, что справедливость иногда оборачивается лицом к нам, простым читающим смертным.

Вот именно, что «иногда». Ибо объясните мне, изумленной, почему всегда, когда я приезжала раньше, «Князь Серебряный» Толстого имелся в наличии, стоило мне за ним приехать, как его не стало? Аналогичная история с «Улиссом» Джойса.
Пришлось проводить книготерапию способом «Эмигрантов» Алексея Толстого, пьес Булгакова, «Острова фарисеев» Голсуорси и «Ярмарки тщеславия» Теккерея.

Акт несправедливости судьбы, часть третья – что, в стране перестали печатать Горького? Одно единственное издания «На дне» - это, конечно, замечательно (найдено оно было, к слову, все в том же отделе детской литературы), но мне бы еще «Мать»… Впрочем, кто сказал, что я больше не вернусь в книжный? Никто. И чудно. Потому что я – вернусь)).

С Буниным, Набоковым, Вампиловым, Замятиным, Платоновым, Шукшиным, Шварцем и Цветаевой все прошло более чем удачно. Уже – ура.

По поводу Шолохова и Твардовского буду спрашивать родственников. За Горьким и Фадеевым еще вернусь.
А с Виктором Некрасовым и Вячеславом Кондратьевым я решила поступить более чем просто, хотя и страшно неблагородно. Если найду – замечательно, а если нет, то на нет и суда нет)).
На конец лета отложила поэзию: Брюсов, Анненский, Белый, Северянин, Маяковский, Волошин, Заболотский, Рубцов, Рождественский, Евтушенко, Вознесенский, Окуджава.

Прелесть.
Предложила маме – в ответ на её возмущение – поступить просто и ясно. Переоборудовать мою комнату под читальный зал, распечатать на принтере абонементы и открыть дома библиотеку, венчаемую лозунгом: «Вся школьная программа, вся внешкольная программа и вообще – много-много всего далеко нешкольного…».

Деньги - можно сказать, собственные, кровно сэкономленные (месяцами!))) - мне теперь будут припоминать очень долго...

@темы: Суета сует, Улицы ждут своих героев, Песнь Песней, Черным по белому

20:39 

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Белая гвардия, путь твой высок:
Черному дулу - грудь и висок.

Божье да белое твоё дело:
Белое тело твоё - в песок.

Не лебедей это в небе стая:
Белогвардейская рать святая
Белым видением тает, тает...

Старого мира - последний сон:
Молодость - Доблесть - Вандея - Дон.


Это... так... перечитала кое-что. Порыв. Не знаю.

@темы: На круги своя, В цвет траура, Черным по белому

22:27 

Мой серебряный... век.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Вспомнила интересную - для себя) - информацию. Воспоминания Валентина Катаева о Маяковском, которые запомнил и записал в своем дневнике поэт Эдуард Асадов 12 мая 1975 в Доме Писателей в Переделкино.

"Николай Доризо - Валентину Катаеву:
- Валентин Петрович, вот вы ведь хорошо знаете Маяковского, вы же встречались с ним многократно. Что у него за состояние было перед смертью? Неужели его мучили литературные неприятности или больше тут причины «лирического плана»?
Катаев:
- Ну как вам сказать, друзья мои, нет, я думаю, что тут не в литературных неприятностях дело, хотя неприятности всякие были. Ну да у кого они не бывают? Нет, думаю, что тут больше дело в бабах. Он ведь вообще был игрок, человек азартный и страстный, играл в карты часто и много и так же часто и много жульничал. В этом смысле он был абсолютный шулер. Играем, например, в «девятку». Он смотрит на банк, где довольно крупная сумма, и говорит: «У меня девять», - и берет, загребает весь банк. И никто не догадывается спросить: «А что у вас там, покажите!» А у него шестерка, и ничего больше. Ну, потом раскусили все-таки его, стали проверять. Однажды мы играли у меня дома: я, Юрий Олеша и Маяковский. Он обыграл нас в пух и прах. Не знаю, честно или нет, но обыграл. А когда ушел, то мы остались подавленные и нищие. Тут Олеша сунул руку машинально в складку обивки кресла и вытянул трешницу, потом полез снова и вытянул еще. Так натаскали мы рублей тридцать. Это Маяковский оставил нам заначку, зная, что мы будем сидеть без копейки. Вот таким он был.
Ну, а что до баб, так он действительно гулял с Полонской. Это была очень хорошенькая девочка, он её водил в рестораны совершенно открыто. У Бриков вообще ведь было заведено, что каждый мужчина должен иметь любовницу. Ну вот он и имел её. А она имела от него аборт. Ну, а Маяковский вообще был по характеру максималистом, ему всегда нужно было или все или ничего. Он умолял её бросить Яншина, бросить все, остаться у него навсегда! Ну, а для этой девочки лет девятнадцати от роду он был чужд: огромный, басовитый, вспыльчивый, с огромным носом и огромным насморком. Она испугалась его: «Оставьте меня, я ничего не хочу!» Он сказал: «Тогда я застрелюсь, вот тут же, после твоего ухода». А она снова: «Ничего я не знаю, делайте, что хотите». И ходу, а соседям сказала: «Он там стреляться хочет, а у меня репетиция, мне некогда!» И – на лестницу. Тут и выстрел за спиной. И все!
Коля Доризо спрашивает Катаева:
- А скажите, Валентин Петрович, вообще-то он был довольно сдержанным насчет женщин или нет?
Катаев смеется:
- Ни черта он не был сдержанным, мы вместе с ним по бабам ходили. У него была такая обширная записная книжка. Вот набирает один номер телефона: «Верочку можно? Ах, нету дома?» Набирает сразу другой: «Танечку попросите, пожалуйста!» Ну и так далее. И для себя наскребет, и для меня постарается…»


Странно, никогда не питала большой любви к Маяковскому. Казалось - не моё это, эти буревестники революции, Маяковский, Горький... А потом - просто портрет, на словах, этот - Маяковкого и другой - Горького - в "Жизни Куприна" Олега Михайлова, и что-то меняется.
А Маяковского и Горького я полюбила, кстати. Со временем. С этих воспоминаний и "На дне", соответственно.

@темы: На круги своя, Песнь Песней, Черным по белому

23:35 

Никто не обещал, что будет просто.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Страшная это вещь, родные, когда приходится разрываться между людьми одинаково дорогими.

Там - Рина и Эна, моя школьная отдушина последнего года. Рина с её настроенческим остроумием, таким изящно-пошлым, что она сама от него и краснеет. Эна с её очаровывающим здравомыслием, насмешливой поволокой взгляда и четкой точкой зрения на всё на свете.

В другом там - Нэт и Кай. Нэт, которая мне не просто как родная, а... еще ближе, понимаете? Это, в сущности, и объяснить совершенно нереально, да и не нуждается ни в объяснениях, ни в поиске причин и качеств... один реалистично-оптимистичный её пофигизм чего стоит. И там же - совершенно понятная и совершенно непонятная Кай.

Но вместе они никак не состыковываются. В присутствии друг друга им ощутимо неловко. Натянуто.
Я иду на шаг позади одних и на шаг впереди других, убегаю то к тем, то к тем. А в итоге под разными предлогами они разбегаются.

А я...

А что я?

Я: Я не могу, понимаешь... черт, не могу...
Эна: разорваться?
Я: да!

И я действительно не могу. Право, ну не по четным\нечетным же... Видимо, придется равноценно быть везде.

@темы: Чувства и чувствительность, На круги своя, Черным по белому

22:58 

Муз надо запретить как разновидность психотропного оружия, факт.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Скажите, родные, есть возможность облегчить состояние человека, если он вдруг начинает писать пьесу? Что-то слегка похожее, скажем, на "Дачников" Горького?.. То есть, я знаю, что это уже неизлечимая болезнь, но возможны же, я думаю, какие-нибудь меры?.. Ведь дайте мне волю - и я напишу, например, роман в эпистолярном жанре, томах эдак в трёх... Что-нибудь такое в духе Новой Элоизы...
Бесталанное графоманство - хуже атомной войны. Убивает все живое в радиусе ста километров.

В данный момент у меня четыре начатых макси проекта, которые я хочу и, наверное, могу продолжать. А сколько тех, что навсегда приговорены быть только памятью об интересных замыслах - даже я сосчитать не могу). И самое главное, что ни одного макси в своей жизни я еще не закончила).

Теперь - на горе окружающим вообще, и Аре в частности (а больше никто мои шедевры и не читает) - задумала пьесу. Радует только то, что в нескончаемое макси это не превратится даже в теории. По крайней мере, не должно).

@темы: Не секс не драгс почти что рок-н-ролл, Фикрайтерское, Черным по белому

14:59 

И снова загадками.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Случайный дневник. Тринадцатое от последнего сообщение. Шестая строчка сверху.

Забытые музы, случайные встречи...

Иногда я поражаюсь телепатии случайных дневников.

@темы: Философия между строк, Черным по белому

17:06 

...

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
"...поняла вдруг, в чем же была наша ошибка. Мы ведь сами обманулись, выискивая сложные мотивы, глубинные подоплеки, приписывая героям чувства, которых нет и мысли которых быть не могло. Строя сложные системы, перестраивая сюжет и ища в героях что-то еще, мы увлекались настолько, что не замечали, как все больше и больше расходится со всем этим книга, как пишется в ней совсем не про то, мы малодушно делали ставки на последнюю, в которой все наконец объяснится, обнажится и проявится, забыв что, несмотря ни на что, это подростковая книга – под книгой я имею ввиду все серию, конечно . Да, необыкновенная, да, яркая и оригинальная, да захватывающая и отнюдь не пустая, но все же ПОДРОСТКОВАЯ. И вот теперь чувствуем себя обманутыми, не получив ожидаемого, в то время как нас никто не обманывал. Никто и никогда не скрывал что книга в первую очередь для детей, да в ней есть мораль, но так же для детей и герои не так сложны, как мы себе напридумывали. Книга дала такую благодатную почву для фантазий, что мы увлеклись и сами не заметили, как вышли за рамки, предусмотренные серией. И вот теперь ведем себя как обиженные дети, которым обещали конфету и дали таки – карамель, а мы ревем, потому что, непонятно с какого перепугу, ожидали шоколадку.
Возможно все уже тысячу раз всё это сказали и написали, а я просто в танке.
Возможно все «мы» необходимо заменить на «я». Но это понимание, пришедшее не так давно, и сформулировавшееся только сейчас заметно облегчило мне и чтение книги – я стала читать ее как в детстве и меня снова «захватило», и взгляды на «несчастную» судьбу героев… Я успокоилась и поняла, что ничего не потеряно и ничего не погибло. Все в нас, все – мы. Как чувствуем и понимаем– так оно и есть, как бы пафосно и избито это не звучало".
(c) aqua-r-elle

@настроение: Так и есть, и то, что мы ждали - в нас. И только. Отдельно от Роулинг.

@темы: Цитаты, Фандомное, Черным по белому, Росчерком пера

14:48 

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
С самого утра - дождь. Причем, какой-то очень непонятный дождь. Это неправильные пчелы, они делают неправильный мёд (c). Моросит и моросит, нет бы чтоб был нормальный человеческий ливень... а это как-то неловко даже. Идешь под зонтом, чувствуешь себя идиоткой - дождик-то скромненький. Идешь без зонта, эта водяная пыль промачивает до нитки, как не парадоксально.

Впрочем, это, безусловно - я уверена - не помешает бойцам ВДВ разнести парк имени Отдыха в пух и прах)). Никто не хочет присоединиться? А что? Чемпионат по разбиванию пивных бутылок о головы соратников, ныряние в фонтаны на глубину, батюшки-священнослужители, гордо показывающие под рясой - тельняшку... Это вот действительно - здесь русский дух, здесь Русью пахнет).
Но, в общем-то, если без иронии, десант - это никогда не было легко.
Мужчина в магазине покупал жене мороженое, стоял за мной в очереди. Подошли, по-видимому, его приятели-знакомцы. Удивились, что он перешел на мороженое. На что он ответил, что сегодня пить не будет. У него сегодня праздник - день ВДВ. Он потом - помянет. Приятели пообещали выпить за его здоровье. И помянуть - тоже.
Так что, легко никогда не было.
А все равно - с праздником).

@темы: Настроение, На круги своя, Улицы ждут своих героев, Черным по белому

21:47 

Бывает у меня такое.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Три-четыре дня где-то раз в две недели. Когда я отделяюсь от окружающего мира пуленепробиваемой стеной и просто сижу дома, никуда не выходя и не трогая мятежного карандаша компьютера. Беру какую-нибудь книгу, реже - кипу жерналов (ищите предлог, чтобы разочароваться во мне, узнав, что я Космополитен листаю? Тогда вас постигла неудача...), и эти семьдесят два часа я никого не трогаю и меня никто не трогает.
Оно мне иногда очень нужно. Это уединение. Чтобы ничего, кроме моего собственного мелкого мирка не существовало.
А потом начинается примерно двух- трехдневная эпоха активности. Активного хождения по магазинам, променадов с подругами, ночей он-лайн.
И так по кругу.
Это ужасно, я знаю. Этот способ "отделения" - прежде всего свидетельство о неприспособленности к жизни. И нет в этом, конечно, ничего хорошего, но... чувство замкнутой защищенности - оно у человека врожденное. У меня просто, по-видимому, слишком сильно развитое.

А читала я в эти три дня "Кремлевских жен" Ларисы Васильевой. Цикл передач - вещь, конечно, замечательная, но мне этого стало мало и я загорелась идеей прочитать эту книгу.
И читаю. Осталась примерно треть. Читаю запоем - и нравится безумно.
Прежде всего, как васильева пишет. Точнее, как преподносит материал. Собраны в книге и документальные материалы, и воспоминания, и факты, и домыслы, и легенды, и... Вроде бы документальная книга написана так хорошо и художественно, что я путаюсь в том, как её воспринимать: как литературу художественную, документальную или же как публицистику.
Нравится и то, что своих выводов и своего мнения - а они, безусловно, есть, книга-то авторская - Л.В. никому не навязывает. Сообщает о них скромно, обычно в скобках, или же сопровождая знаком вопроса - думай сам, читатель.
Ну и, конечно, сами героини, если применимо это слово, книги. В своих резких суждениях о революции\большевизме\коммунизме\сталинизме я никогда не думала о женщинах Кремля. И не только о женах, но и о таких самостоятельно состоявшихся личностях, как, например, Александра Коллонтай или Инесса Арманд.

А оказались они личностями интересными. Каждая по-своему. Со своими очень разными, в чем-то похожими, в чем-то непохожими совершенно - жизнями.

И сколько человеческих драм.

Говорят, время такое было.

Да, время...

Для интересующихся историей, главное, историей грамотно и интересно преподнесенной, рекомендую. Впрочем, вообще рекомендую.

@темы: Книги, Наблюдения, На круги своя, Черным по белому

17:20 

О критике.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Из меня никогда не получился бы хороший цензор. Критика отнюдь не является моим призванием - я для неё слабовата, и извечное желание смягчить ситуацию/фразу/замечание замечательно где угодно, но только не в критике. Да и просто видеть перед собой текст у меня не получилось бы - за текстом всегда стоит человек, и вот как раз об этом-то забыть у меня и не получается.

А отношение к критикующим у меня двоякое. Люди вообще странно относятся к тем, кто позволяет себе в их - и не только их - адрес какие-либо замечания. И здесь два пути.
Холодная война, например. Чаще всего с теми, кто критиковал вас. Натянуто-вежливые фразы - если бы в реальности, то сквозь плотно сжатые губы, нарочитое взаимоуважение, хотя оно отсутствует в теории. Попытка переименования ситуации в шутку воспринимается как злейшая насмешка и просто издевательство. И это потом - всё, навсегда. Как бы сам по себе интересен, талантлив, оригинален человек ни был, реакция на него как на ужаснейший внешний раздражитель не пройдет никогда, и любое его слово будет становиться личным оскорблением. Это, видимо, развитое ответвлении инстинкта самосохранения.

Но бывает и иначе.
Чаще всего по отношению к тем, что критиковал не лично, а является в общем и целом человеком, имеющем способности к критике (да, и для этого тоже нужен дар), и не стесняющимся пользоваться этой способностью там, где это необходимо - прямо, жестко, целенаправленно. Другими словами, прямолинейный человек с отсутствием определенных комплексов. И такие именно привлекают - и именно жесткостью, насмешливостью, необходимым здоровым цинизмом. И прямотой, разумеется... Манит, как манит все, что сильнее, в чем чувствуешь силу - моральную и интеллектуальную - превосходящую свою. Такие с первой же минуты - интересны. В чем-то - кумиры, потому что такое же самой совершенно не под силу. И - да - перед такими робеешь.
Но это большая редкость - такие люди.

Увы, критика отчего-то чаще всего имеет под собой только одно основании - субъективное отношение критикующего к человеку, его поведению, возможно - тексту, сюжету.

Отчего-то потянуло на размышления. Погода, знаете ли, располагает.

@темы: Мысли вслух, Жизненное, Философия между строк, Каллиграфия на пустые темы, Черным по белому

17:43 

Я думала, что одна этим страдаю.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
"...Знаете, как писал Дюма? В кабинет боялись заходить, такой дикий крик там стоял. Он яростно ссорился со своими героями. И я много раз испытывал нечто похожее. Это невообразимо: во-первых, не успеваю за ними записывать. Во-вторых, они совершенно неуправляемы, эти заразы. Допустим, по сюжету появляется почтальон, который приносит телеграмму, отдает и уходит. Дальше события должны развиваться без него. И вдруг к двенадцатой странице обнаруживаю, что разносчик телеграмм никуда не ушел, сидит за столом, влюбился в какую-то женщину замужнюю, и теперь он - главное действующее лицо! Не понимаю, когда это произошло, кто его впустил в дом, а вычеркнуть написанное невероятно трудно. Это же резать по живому. И почтальон продолжает сидеть на страницах моей рукописи, хотя я и пытаюсь его выгнать!" (c)

@темы: Цитаты, А ларчик просто открывался, Черным по белому

16:25 

Ахиллесова пята дает о себе знать...

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Взрослая девушка, а всё никак не отучусь от привычки пускать слезу - иногда по поводу, иногда без. Очередное моё сочинение по английскому (если это можно так назвать, а это, поверьте, так назвать нельзя) было сегодня разнесено в пух и прах и подытожено веской и, стоит отдать должное, верной фразой: "Не умеешь строить сложных предложений, не берись, а это всё - набор слов".
Сущая правда. Хорошо хоть, что разносила негромко. И мой иногда не в меру тактичный класс столь же не в меру тактично делал вид, что не слушает и вообще занят своими делами и разговорами. А я стояла, глупо кивала на поправки, делая вид, что усвоила их, и отчаянно краснела - температура тела, кажется, повысилась градуса на два.
Единственный школьный предмет, на котором я регулярно чувствую себя избитой подзаборной псинкой. А, в сущности, чего от меня хотят? Знаний, базы, уровня? Так ничего и нет. И быть не могло.
...А начиналось все радужно. Во втором классе. С преподавателем по имени Эмиль Дмитриевич. My name is Helen, my name is Helen, it's my name... Так и учились - под веселую песенку на аудиокассете.
Прошло две четверти, преподаватель исчез как не бывало, и прошло еще полтора года, прежде чем к нам вернулся иностранный язык.
Следующий преподаватель, моя тезка и мать славного маленького сына, была педагогом хорошего уровня. Но, видимо, наша достославная школа наводила на неё такую мрачность, что два года мы только и делали, что проходили одни неправильные глаголы. Мы с ней - преподавателем - ни то чтобы очень любили друг друга, и её глаголы я не учила из принципа. В дневнике выстраивался в конце месяца стройный ряд двоек, и по пути домой я нещадно вырывала из дневника листы с оценками, а дома врала, что мне его порвали мальчишки. В любом случае, в конце четверти у меня волшебным уровнем вырисовывалась тройка - зачем портить девочке показатели? Но учебник второго класса мы все-таки закончили.
В седьмом классе пришла замечательная Ольга Матвеевна. Женщина строгая, принципиальная, которой свой предмет и педагогика были дороже родных детей. Уровень преподавания у неё был замечательный. Но, опять же, не произошло такого, что мы стали души друг в друге не чаять, и я снова ничего не учила. Потому что она требовала, как мне казалось, слишком многого. Потому что еще с пятого класса невзлюбила английский. И потому что снова вмешалась моя принципиальность. Мол, назло учить не буду. Только очень нескоро до меня дошло, что я не ей, а себе всё это назло делала - ей вреда от моего не-учения не было.
Мы прошли учебник пятого класса.
В девятом пришла Алла Николаевна. Милейшая женщина, с которой два года подряд у меня в дневнике рисовались в конце четвертей и года пятерки. Потому что она была завучем, у неё была куча дел помимо преподавания, и всё, чем мы занимались, так это чтением/переводом текстов и заучиванием новых слов. Этим я занималась прямо на перемене перед уроком и исправно получала пятерки.
Мы прошли учебники шестого, а потом - и десятого классов. Наполовину, правда.
Сейчас у нас учебник одиннадцатого класса. И от нас требуют такого же уровня. А его нет. Ему взяться было неоткуда.
Повезло, безусловно, тем, кто занимается или же хотя бы занимался с репетиторами. А ко мне только три года назад ходила замечательная студентка-репетитор, и ходила она ко мне всего две недели.
Я искренне считаю, что ко всему у человека должна быть предрасположенность. Должны быть способности к чему-то. Например, у меня нет способностей к точным наукам и языкам. Не дано мне - и точка. Зато я - богиня в тех областях, способности к которым у меня есть. Литература, история, социология, психология - где надо рассуждать, философствовать - это моё. Но любое задание, где нужно что-то решать, запоминать способ решения (грамматику в языках отношу сюда же) - не получается. Получается оно только в том случае, если мне дан четкий алгоритм действий, который можно зазубрить, а в дальнейшем им пользоваться. Это пригодно в математике, физике, но не языке, где постоянные величины есть, но вариации их изменчивы.
Не могу.
Не могу - и точка.
Но мне необходимо, чтобы все и всегда вокруг меня пребывали в твердой уверенности, что я лучшая. Даже если это заблуждение, они должны так думать.
Поэтому сегодня я позволила себе пустить слезу. Позволила себя успокаивать и настойчиво совать мне в руку шоколад (Люпиновская методика, ага).
Чертовщина.

Пошла в магазин, поднимать себе настроение. Конечно же, не смогла пройти мимо конфеты, являющейся нашим ответом Чемберлену, русским чупа-чупсом... Но кто придумал назвать конфету на палочке "Лизун Сосун"?!
Подняла настроение, однако)).

@темы: Точка зрения, Я, Чувства и чувствительность, Учебное, Черным по белому, Сбившийся вектор направления

16:09 

...

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Отчего же мы такие жестокие, скажите мне? Все мы. Если ответить на вопрос "есть прикурить?" словом "нет", то просто так, потому что чья-то левая пятка так захотела, получишь кирпичом по голове. Если на улице станет плохо человеку, восемьдесят пять процентов людей пройдут мимо, окинув безразличным взглядом. Страна у нас такая замечательная, время? Да всё у нас замечательное. Детей, отстающих в развитии, у нас уничтожают (www.proza.ru/texts/2007/09/16/106.html ссылка взята у Тихе, прочитано в состоянии, неподдающемся описанию). Одноклассники доводят до самоубийств, унижая и вымогая деньги. У большинства из нас возникает желание - животное, вызванное диким первобытным инстинктом, - ударить раздражающего человека и устранить тем самым объект раздражения.
Что происходит?

Может быть, это действительно проблема менталитета с наловившейся на неё проблемой времени, проблемой ситуации в стране, проблемой обесценивания элементарных человеческих моральных ценностей? Что это?
Может быть, нам действительно нужна строгая железная идеология, которая держала бы нас в ежовых рукавицах, и шаг вправо, шаг влево - расстрел?
Почему это всё было как-то мягче в советское время? Я не помню, я не застала, но это видно по людям, по всему видно. Видно, что когда исчезла эта идеология (не именно это, она могла быть любой, лишь бы была, лишь бы крепкая) и была получена свобода, все, дорвавшиеся до этой свободы, дали себе волю. Отсюда и описанное в ссылке, отсюда многое, многое, многое. Понимание отсутствия над собой крепкой руки, которая, если сделал что-то не так, мгновенно схватит за шиворот и крепко тряхнет. Понимание своей безнаказанности. Дорвались. Получили свободу действий. И действуют.

Тогда, относительно давно, когда все проходили путь от октябренка до члена Партии, идеология железной хваткой держала в человеке пусть навязанные, но все-таки моральные устои.
А сейчас держать некому.
И постепенно, понемногу, мы все превращаемся в первобытное общество, где выживает сильнейший, где прав тот, у кого больше денег => власти => силы.

Почему тогда такая свобода, демократия, нормально работает в других странах, в частности в Европе, на которую мы все хотим, но не можем равняться? Да потому что менталитет, да потому что свойства народов - разные.
Так почему же в России может действовать только метод преимущественного кнута, заменяемого изредка пряником?

Нет, я не говорю, что таковы все. Замечательных, светлых людей - много, тысячи, миллионы. Но это как капли в море.

Или - может быть - я говорю это всё, потому что просто не приспособлена к жизни, к жизни современной - в частности.

@темы: Жизненное, Мысли вслух, Точка зрения, Черным по белому, Сбившийся вектор направления

15:35 

Импульс.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Господа хорошие, умейте же отличать первичное от шелухи...
Мне неприятно читать нападки людей неверующих на веру в целом. Хотя ничего плохого эти люди, в сущности, сказать не хотят, и нападают не на Церковь как веру, а на Церковь как политико-социальную систему.

Поймите же, вера и навязывание в школах теологической теории происхождения человека - разные вещи. Умейте отличать государственный институт от духовности. Ибо в нашей стане, с нашей современной Церковью, это, к сожалению, разные вещи.

@настроение: *вздох*

@темы: На круги своя, Черным по белому, Росчерком пера

18:20 

Размышляя.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Зашел у нас в классе сегодня интересный разговор. Полемика была оживленнейшая.
Мол, действительно по тому, как человек говорит, можно определять уровень его культуры и интеллектуального развития? Удивлена была, что с этой теорией много несогласных. В то время как эта теория практически доказывает себя на каждом шагу, в большинстве случаев.
Ибо я искренне считаю, что если человек способен грамотно оперировать родным языком, его словарный запах богаче, чем у Эллочки Людоедки, и он говорит, используя столь богатый язык во всю силу, то об этом человеке можно сказать, что он, по меньшей мере, образован. Следовательно, уровень культурного и интеллектуального развития достаточно высок.
Определенно, умение человека обращаться со своей речью говорит о многом.

@темы: Точка зрения, Черным по белому

12:31 

Язык человека - враг его. Как и его несдержанность.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Предположим, я порой бываю довольно разговорчива и красноречива в процессе беседы. Но и тогда я себя прекрасно контролирую в том, что понимаю: есть определенные вещи, доверено рассказанные мне людьми, которые я выболтать не могу физически, даже если очень сильно захочу.
При том моментами я бываю довольно резка в какой-то своей обидчивости, но даже в таком случае всё, что я могу себе позволить, это тонко-насмешливый завуалированный намек на определенный факт из жизни человека - и, опять, за всю мою пока что не очень долгую жизнь такое случалось максимум два, от силы три раза. Ибо, не раз испытав на себе такие "случайные оговорки", прекрасно понимаю, что это влечет за собой для человека. А о сохранении теплых доверительных отношений между людьми речи и подавно больше быть не может.
Но одно дело - словесная дуэль, тонкий взаимный обмен шпильками, эдакие уколы булавками, и то - даже тогда такая игра - всегда балансировка на грани. Но совершенно другое, перпендикулярно иное дело, когда у человека во время такого "поединка подколами" не хватает терпения, он взрывается и, перестав себя контролировать (бог мой, какие мягкие я, однако, подбираю выражения), отводит в сторону, в уголок, фактически любого знакомого человека и начинает с довольно-язвительной улыбкой нашептывать ему на ухо какие-то твои сугубо личные вещи, известные только узкому кругу друзей, к которому этого человека и причисляла - видимо, по ошибке. А ты стоишь в двух шагах и от шока даже сказать ничего не в силах, старательно натянуто смеясь и пытаясь превратить всё в шутку. А потом человек, которому всё это в сторонке нашептали, подходит к тебе и начинает с любопытством интересоваться подробностями этих твоих личных жизненных фактов. И тут, опять же, старательно пытаешься перевести разговор на другую тему - не потому, что стыдишься чего-либо, а потому, что не хочешь лишних вопросов.

Да, я подкалывала её, она мне платила тем же. Но по крайней мере некрасиво было отводить в сторону нашу общую одноклассницу и в уголочке что-то ей нашептывать. Чтобы она, в свою очередь, потом с интересом спрашивала у меня, что такое слэш и фем. А довольная своей удачной шуткой девушка, победно глядя на меня, отвечала ей так: "Слэш - рассказы о геях, фем - о лесбиянках, она их любит, пишет и читает".
Искажение фактов при незнании такого явления, как фандом. Плюс - просто низкое выбалтывание вещей, знание которых находилось сугубо в узком кругу. Плюс - и это, наверное, положительный пункт - уверенность с того момента в том, что данному человеку я больше под угрозой плахи не скажу ничего касающегося моей частной жизни.
Потому что - как в этой ситуации - не хочу лишних вопросов.

И самое для меня обидное, собственно, даже не это. Обидно то, что человек так и понял совершенной ошибки, искренне не понимая, что он сделал и считая, что всё было правильно - я подколола, аргументов в мою сторону не хватило, и она прибегнула к самому нечистому способу.

И именно поэтому - потому, что человек не умеет отличать шутки от доверенной по наивности информации, и потому, что смысл поступка до него не доходит, я этот пост не закрываю, зная, что данный человек мой дневник читает. Пусть хоть так. Не слишком красиво с моей стороны, но иного выхода не вижу. Поэтому, если задела данных постом, пойму, если человек отпишется.

@темы: Жизненное, Личное, Отношения, На круги своя, Черным по белому

14:41 

Warning.

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Заранее предупреждаю: кому-то все ниженаписанное может показаться даже кощунством. Но ни у меня, ни у Ariane и в мыслях не было обидеть чьи-то чувства и оскорбить классиков мировой литературы. Поверьте, мы ценим их великое творчество и безмерно уважаем. Все ниженаписанное - лишь минутные плоды фантазии.

Разговариваем по телефону с Арианой.
Обсуждаем, по мотивам каких эпических, масштабных произведений мировой литературы можно писать слэш. Сюжетный, сильный.
И что вы думаете? Первым, что пришло нам в голову, была Война и Мир. И - не смешно. У нас пошел поток сознания.
Итак, вот вам пара пейрингов и сюжетов. Предупреждаю - на них наш копирайт).
1. Любовный многоугольник Наташа-Николай-Адрей Болконский. Представьте: Николя Ростов влюблен в холодного, недоступного, циничного в отношении всех и вся Андрея. Болконский же его презирает (не знаем, за что, но в процессе можно придумать). Но однажды (рейтинг, господа, рейтинг!) Николя и Болконский переходят границу (Болконскому для этого вполне можно найти мотивацию - не пытается ли он, скажем, Николаем заменить отчасти Наташу, потому что чувствует, что она любит его не настолько, насколько могла бы?). При всем этом Наташа об этой связи узнает, и у них с Николаем начинаются вполне понятные разногласия, и она злится и мучается потому, что никому о том, что ей известно, рассказать не может. А её брат спит с её будущим мужем. Более того. Он просто жалко в него влюблен.
И - ах, да... У Николая вообще когнитивный диссонанс - он же мучается еще и потому, что вроде бы нормально влюблен в Соню.
И кто нам скажет, что это не отменный ангст с рейтингом NC-17?
2. Николай Ростов и Александр I.
Отчего-то Николя у нас (у меня так вообще) ассоциируется сугубо со слэшем.
3. Курагин-Долохов-Соня-Наташа.
Соня, влюбленная в Ростова, собирается выйти замуж за Долохова, но у Долохова связь с Курагиным. Соня об этом знает и страстно ревнует Долохова к Курагину. И Наташа, как не странно, узнает об этой связи, и в свою очередь ревнует ухаживающего за ней Курагина к Долохову.
В процессе могут возникнуть как фемный Соня/Наташа, так и другой любой второстепенный пейринг, скорее всего, с Николаем.
Квадрат ревности, не иначе. Сюжет целиком и полностью под копирайтом Арианы).
4. Рейтинг G, преслэш, платоническая любовь Безухова к Балконскому - и это, как ни смотри, канон.

P.S. Кстати, первым произведением, которое пришло мне в голову, была Сага о Форсайтах Голсуорси. Правда, я так и не поняла, кого и с кем там собралась сводить).

@темы: Слэш, Черным по белому, Ум за разум

20:12 

...

А на каррарском мраморе — взамен орнаментов и прочего витийства — пусть будет так: «Её любил Лозэн». Не надо — Изабэллы Чарторийской. ©
Я зла, мне слёзно и я еще раз зла. На страну, в которой живу, и на то, что правительству этой страны плевать на всё, кроме себя и красивой видимости "у нас все хорошо" - для зарубежья.
Сегодня в ЦДЛ был концерт для ветеранов Битвы под Москвой, которой минуло шестьдесят шесть лет. А у моего отца есть хороший знакомый, можно сказать - друг (родители моего отца и этот человек - земляки, так что корни у них общие, и на этой почве они с папой и сошлись. Познакомились случайно, на рыбалке, оказалось - с одной земли, теперь вместе рыбачат, перезваниваются). Другу - восемьдесят лет. Он ветеран ВОВ, ветеран Битвы под Москвой, имеет ордена, конец войны встретил в Будапеште.
И?
Концерт - "выбежали мальчики в камуфляже, поплясали, вот и весь концерт". Подарки ветеранам? Маленький вафельный тортик на три кусочка, кулек конфет и три, кажется, апельсина. Как сказал он сам: "Мне даже было стыдно это брать, но пришлось, давали же всем, а отказываться... Так стыдно было, что пошел потом в магазин, докупил кое-чего и принёс жене, наврал, что это и дарили. Нести домой то, что подарили действительно, не решился. Обидно...".

И каким диссонансом - выпуски новостей о праздничных мероприятиях и подарках ветеранам. Очередной выпуск моего отца окончательно вывел из себя. Семейный ужин был сорван, кусок в горло никому не лез - в моей семье темы войны и памяти - очень трепетно хранимые, для меня - святые. И тут - такое.
Господи, да ведь настоящих ветеранов, тех, кому в войну было двадцать-тридцать лет - почти не осталось. А каково уважение к тем, что еще жив? Да нет его. Нет. И ради этого, ради кулечка конфет, эти люди не щадили своих жизней? А потом - всю жизнь работали на страну, которая ТАК им теперь платит? Да мы все, все до одного, должны им до земли в ноги кланяться за то, что живем, и делать всё для того, что они жили достойно. Достойно своего прошлого, потому что их настоящее - это страшная, это ужасная вещь. Хоть бы постыдились, не знаю, деньгами бы дали... но не эти жалкие, ничтожные подачки!

Впрочем, чему я удивляюсь? Нашему правительству всегда было плевать на пенсионеров, что бы там не говорилось в предвыборных кампаниях и громких заявлениях. Кто они для него? Так, отживший материал, обуза, люди, которые уже не могут принести прибыли.
И в это всё упирается.

Не знаю, почему всё это так больно меня задело, может быть, это нормально. Но я нутром, сердцем чувствую - нет, ненормально. И мне так больно, нестерпимо.

@темы: Жизненное, Черным по белому, Сбившийся вектор направления

День темнотут.

главная